– Будет любопытно взглянуть, вернутся ли ваши способности на суше. И вы добыли необходимый для аудиенции артефакт? – спросил Текарус.
– Он у Холанда. Это он отправится на аудиенцию, – ответила я.
В этом случае огромное эго Холанда играло нам на руку. Его требование быть единственным наваррцем на встрече с королем давало мне с Ксейденом время найти торговку, упомянутую моим отцом.
– Превосходно. – Текарус кивнул. – И мой вам совет… – Он перевел взгляд с меня на Ксейдена и обратно. – Может, я и коллекционирую редкости, но король Кортлин их попросту забирает. Не отходите друг от друга, не афишируйте, какая вы редкая жемчужина, и во что бы то ни стало не заключайте сделку, условия которой не сможете выполнить.
Почти двадцать четыре часа спустя, когда мы летели в объятиях зари, мой доступ к магии съежился до ручейка, словно способности таяли от солнечного света. Утрата ошеломительная, неизмеримая – я даже на миг посочувствовала Джеку Барлоу.
Впервые с той ночи, когда со мной связались Тэйрн и Андарна, я чувствовала себя… маленькой, даже голой, лишенной сил, которые не только придавали смелости, но и за последний год стали практически частью моей личности.
От следующего порыва ветра по моей коже пробежал холодок, и высоко наверху вскрикнула Андарна. Я быстро повернула голову в ее сторону, и тут ее крик подхватили другие драконы.
Тэйрн неожиданно нырнул вниз, его крылья застыли, и я ухнула вперед, еле успев вцепиться в луку седла. Сильно дернуло запястья, но я все-таки удержалась, и Тэйрн выровнялся над океаном.
Я искала глазами в небе Андарну.
Андарна быстро скользила вниз справа от нас, ее крылья били все яростней, но без толку.
Она теряла высоту с каждой секундой, падая в покрытую рябью воду под нами.
Он без предупреждения спикировал к Андарне – и ее смиренный вздох прозвучал одновременно с ревом, когда напряглись его плечи и я услышала металлический щелчок пристегнувшейся сбруи. Из-за веса Андарны Тэйрн на долю секунды провалился в воздухе, но потом огромные крылья забили сильнее, поднимая нас к стае.
Андарна подозрительно затихла.
Я потянулась к собственной поблескивающей ониксовой связи… но, хоть Тэйрн еще был на месте, Ксейдена не было.
Нас уже отрезало.
Твою мать, как же было жарко! И это, по моим прикидкам, всего около девяти утра.
Мы приближались к бесконечной линии белых пляжей, на которые накатывали, чередуясь, бирюзовые и аквамариновые волны. Сразу за пляжами поднимались пологие зеленые холмы, а на них кое-где высились каменные строения. Их цвет напомнил мне о крашении ткани: последняя партия шерсти перед тем, как краска теряет насыщенность, обычно приглушенная, какая-то блеклая, вот как все эти здания, – причем недостаток цвета казался еще заметнее из-за контраста с водой.
Чем ближе мы подлетали, тем чаще я завороженно приподнималась в седле.
Так. Строения высились вовсе не кое-где.
Мои пальцы на луке седла сжались от предвкушения. Это был процветающий порт с четырьмя основными пирсами и несколькими поменьше.
Не успели мы приблизиться достаточно, чтобы различить людей, как Тэйрн заложил вираж налево, на восток.
