– Пес Петербург, мы начинаем…
И толпа шарахнулась в сторону от громкого визга, словно лихач-водитель вдарил по тормозам. Тучи над старым городом завозились, словно черви в банке, укрыв от всех солнечный диск.
В голове Стаса эхом отразилось окончание песни:
Наше сердце поет.
Этот Зверь!
Эта Ночь!
Только я, только ты, я, ты, я, ты.
Сердце, наше сердце живёт.
***
Савич мгновенно сориентировался – схватив меня за руку, дернул к машине, указав на заднее сидение.
– Сиди и не высовывайся, без разговоров!
Но я не мог оторвать взгляд от моста. Там творилось что-то невероятное. Люди, что толпились возле экскурсоводов, внезапно стали исчезать один за другим, как по мановению волшебной палочки. Зрелище было непонятным и жутким одновременно. Они просто падали на землю, освобождая крохотное пространство. Мне потребовалось достаточно усилий, чтобы разобраться в происходящем.
Уж не знаю, как такое могло произойти, но на мостовой падали не люди, а картонные макеты. Еще минуту назад ты человек и вдруг пустое место. А ведь люди ходили, общались, потом взяли и рассыпались, будто карточный домик.
Казалось, что это живые тела, но на самом деле обычные картонные фигуры людей.
Но упали не все!
Парень с протянутой шляпой остался. Осклабившись, он внезапно накинулся на лешего. Я видел торчащие клыки, но не такие, как показывают в фильмах про вампиров, – острые грани имели лишь верхние центральные зубы.
Савич попытался сопротивляться, но парень ловко повалил его на землю и впился в шею. Меня охватил страх, потому что после первого укуса чужак поднял голову, уставившись на меня. С клыков стекала странная вязкая жидкость темного цвета.
– Иди сюда, Луч! – обратился ко мне чужак.
Вместо ответа я резко задвинул дверь минивэна, забившись в спасительный угол между сиденьями.
***
Вика схватила Карла за рукав и потянула к мосту. Трудно было разобрать, что там происходило, но одно было очевидно – они попали в эпицентр явления нежити.
Мавка тянула за собой долговязого, словно упрямого щенка. А тот всячески упирался, желая остаться на месте.
– Стой! – внезапно крикнул Карл.
Вика обернулась и уставилась на канал, куда указывал долговязый. На противоположной стороне, выстроившись в очередь, стояли молодые люди: парни и девушки. Странная очередь из потенциальных самоубийц, ожидающих скорого конца.
Безвольно приблизившись к парапету, одна из девушек посмотрела сначала на темную воду, а потом подняла взгляд и уставилась на Вику. Короткие темные волосы, седая прядь, большие глаза и маленький носик – она, как две капли воды, была похожа на мавку.
– Ее судьба предрешена, – прошептал Карл.
Вика покачала головой:
– Неправда! Пока у нас есть воля, можно сопротивляться!
В этот момент девушка печально вздохнула и сиганула в воду.
– Не смей!
Но мавка не слушала Карла. Она быстро скинула с себя свитер, оставшись в одних джинсах, лифчик она не носила, и прыгнула следом за своей копией.
Вынырнув, она быстро огляделась. Девушки нигде не было. Зато было много других обреченных – люди падали в воду, словно камни. И уже через минуту Вика оказалась в окружении бесчисленного количества бездыханных тел. Они лежали в воде, устремив свои пустые взгляды в небо. Бледная кожа, пустые глазницы и сладковатый аромат разлагающего тела. Все они были мертвы. Причем произошло это не сейчас, а давным-давно.
Вика попыталась отыскать среди них свою точную копию. Но у нее ничего не получилось. Она подняла голову и уставилась на Карла. Взгляд долговязого был полон ужаса. Он указал на противоположную сторону, но Вика так ничего не смогла разглядеть – мешал высокий парапет.
Карл встал на колени и, сложив руки лодочкой, принялся неистово молиться. По крайней мере, мавка без труда различила среди городского шума громкие певучие слов Credo3. Молился он на латыни.
***
Лицо музыканта исказилось. Буквально за секунду в нем не осталось ничего человеческого. Кожа потемнела, став чернее сажи, на скулах возникли острые грани, нос ввалился, оставив на своем месте глубокий провал. Стас попытался закричать, но слова предательски застряли в глотке, позволив ему лишь тихо застонать.
Тварь зло нахмурилась и бросилась на оперативника. И наверняка вырвала бы из него приличный кусок плоти, если бы в последний момент не вмешался шеф. Артур плечом, будто американский футболист, отбросил чужака в сторону. Упав, тот оказался дезориентирован и принялся извиваться, словно змей.
Шеф действовал профессионально, ни капли паники. Выхватил стальной жезл, удлинил его, крутанув внешний крепеж, и ухватил существо за шею, сразу же накинув не него удавку. Металлический прут замерцал бледно-голубым светом, а значит, сработал удерживающий электромагнитный разряд ловушки.
Чужак попытался вырваться, но Артур умело прижал его к земле. И для пущего эффекта придавил ботинком. Но это был не конец! Стас обернулся, услышав ужасный рев за спиной. Выставив вперед руки, на которых уже виднелись когти, на него надвигалась девушка, которая, по всей видимости, была в команде кошмарного певца.
