О лживости и предвзятости суда можно было догадаться по представителям лидера оранжевой революции: все они сидели как на празднике, мило улыбались, разговаривали друг с другом, и на их лицах было написано: мы уже давно победили. Только один-единственный раз председатель сделал замечание Курвамазину, когда тот громко рассмеялся и назвал одного оппонента дураком.
– Ведите себя достойно, представители господина Вопиющенко.
– Мы просим извинения, – сказал Курвамазин, зная, что его слова услышат миллионы избирателей.
В день завершения судебного разбирательства было много ярких выступлений со стороны заявителей. Судьи, правда, слушали от начала и до конца. Здесь отличился депутат Шафрич. Он сказал о том, что если суд вынесет несправедливое, политическое решение, то это повлияет не только на всю правовую систему, но и на поведение судей в будущем. Кроме того, каждый гражданин будет знать: можно нарушать законы и суд оправдает, поскольку закон что дышло, куда повернул, туда и вышло.
Столы, за которыми сидели судьи, были завалены томами заявителей. Каждый докладывал. Но каждый судья называл эти доказательства не более чем лирическим вымыслом да ссылался на то, что нет даты, что нет всех подписей, что во многих томах говорится об одном и том же. Выходило, что все тома можно объединить в том, а один том можно свести к одной странице, а одна страница просто не стоит внимания.
Под зданием Верховного суда стояли представители Яндиковича с бело-голубыми флагами, но судьи не обращали на это никакого внимания.
Где-то на пятый день около восьми вечера судьи, не дав представителям заявителя высказать еще несколько важных доказательств, отправились на тайное совещание. Ранее они обычно возвращались в зал заседаний не позже чем через десять-пятнадцать минут, а тут прошло уже два часа, а красные мантии все заседают, забрав с собой все шестьсот томов жалоб, актов, протоколов со стороны заявителя.
– Решают, – с надеждой сказал Шафрич. – Им придется принять непростое решение, но оно должно быть справедливым. У нас охвачен каждый избирательный участок. Нет такого избирательного участка, где не было грубых нарушений и подтасовок в пользу Вопиющенко.
Эти слова Шафрича услышали адвокаты Вопиющенко. Они громко рассмеялись, а Курвамазин даже покрутил пальцем у виска. В конце концов две враждующие стороны повскакивали со своих мест, перемешались друг с другом, закуривали, прикуривали друг у друга, угощали чаем и рассказывали анекдоты.
– Эх, мать моя честная! – посетовал депутат Школь-Ноль. – Я уже пять дней здесь штаны протираю, и все впустую. Лучше бы мне заняться полезным делом. И так все ясно: Вопиющенко – наш президент. Он избран народом еще в августе прошлого года.
– Как это?! – удивился Шафрич.
– А так, очень просто. Ты видел, сколько на майдане было людей? Если бы мы захотели – вся Украина была бы на майдане.
– Где бы вы взяли столько денег?
– Это наше дело. Нас поддерживает народ. Вся нация – это нация Вопиющенко, пора бы с этим смириться.
– Сейчас выйдут судьи и объявят свой вердикт. Будем еще раз выбирать.
– Вот вам, – скрутил дулю Школь-Ноль.
Швейцарские адвокаты дремали в креслах: им все равно шло четыреста долларов в час. Остальные нервничали в ожидании. Особенно волновались представители Яндиковича. И вдруг, взамен судей, где-то около двенадцати ночи, в зал заседаний ворвался Пердушенко с кипой газет в руках. Киевская газета «Курьер» напечатала результаты голосования на выборах 26 декабря.
– Берите, знакомьтесь, – громко произнес Пердушенко, победно улыбаясь. – Вопиющенко – президент! Читайте, читайте! Что вы на меня смотрите, будто никогда не видели.
– Ка-ак?! Решение суда еще не… – произнес Шафрич, поднося газету к глазам.
– Уже вынесено. А где судьи? Они что – спят? Значит, я опередил их. В таком случае считайте, что я главный судья и мое решение окончательное, обжалованию не подлежит. Эй, кто там, Школь-Ноль, ты что, спишь? Пойди разбуди судей, пусть придут и зачитают свой вердикт. А то получится, что я их опередил. А я ведь не Верховный суд.
Школь-Ноль помчался сломя голову. У порога он зацепился ногой и грохнулся на пол. Никто не засмеялся: все замерли в ожидании.
Наконец вышли сонные судьи и выстроились у своих кресел. Главный судья Мудьведко зачитал вердикт. Он был краток: выборы 26 декабря проведены без нарушений, в иске Яндиковичу отказать.
В правом крыле, где сидели представители Вопиющенко, раздались крики восторга и прогремели аплодисменты. Депутаты и адвокаты стали обнимать и целовать друг друга. Многие из них все еще думали, что суд вынес единственно справедливое решение: сделать Вопиющенко президентом на вечные времена.
