– Как мы рады! Все рады: и я, и моя нация. Прошу в зал для подписания протокола.
– Прошу простить за опоздание. Должно быть, это нехорошо: я заставил ждать всех. Так получилось. Однако мне хотелось бы еще раз уточнить: дадите ли вы и ваша фракция согласие на политическую реформу? Это всего лишь незначительное умаление роли президента в государстве. Зато мы получим парламентскую республику, и тогда нам прямая дорога в Евросоюз. Кроме того, вы, Виктор Писоевич, получите право распускать Верховную Раду, следовательно, она будет вам подчиняться, ибо кому хочется быть распущенным?
– Я и моя нация… мы не возражаем. Вот только Юлия категорически против. Поговори с ней, Александр Иванович, а? Ты знаешь: все женщины упрямы.
Он вел Александра под руку. Десятки видеокамер были направлены на их лица, сильное освещение щипало глаза. Виктор Писоевич привычно улыбался, а Александр Морозов сохранял престижный, подчеркнуто величественный вид государственного деятеля, не позволяя даже скупой улыбке порадовать журналистов, а равно и миллионы телезрителей. Слишком важные исторические минуты отсчитывают время подписания брачного контракта двух лидеров, двух партий, которым обеспечена победа во втором туре голосования. Вопиющенко, как лидер нации, может улыбаться, ему это даже положено: если он улыбается, то и вся нация улыбается. А он, будущий премьер-министр, сугубо рабочий человек, пахарь, которому положено отдыхать не более четырех часов в сутки, поскольку именно он, премьер, отвечает за благосостояние народа, за сокращение налогового бремени, повышение пенсий, заработной платы рабочих и служащих, а президент…
Президент знай расхаживай по странам и континентам, улыбайся лидерам других государств да подписывай соглашения, наслаждайся совместной охотой, юными амазонками и другими прелестями жизни, которые и присниться не могут премьеру.
Александр Иванович поставил подпись первым, потом дрожащей рукой сделал это Кикинах и только потом Вопиющенко, лидер нации, под бурные аплодисменты. Кикинах первым кинулся и облобызал Вопиющенко, а Александр Иванович только потом. Он обнял его, прижал к себе, упираясь носом в шею лидера нации.
Вскоре явилась Катрин с сынишкой, держащим в ручке оранжевый шарик. Катрин скупо улыбалась. Потом взяла мужа за руку, куда-то увела. Надолго. Церемония подписания кончилась, началась церемония чаепития, где чаем и не пахло. Здесь были лучшие коньяки и вина. Кто-то прислал все это не то из Англии от Березовского, не то из Америки от Пробжезинского. Только икры не было. Россия не прислала, ну и Бог с ней: она пришлет после выборов господину Вопиющенко, президенту великой, независимой страны, которая будет уже стоять одной ногой в Евросоюзе.
Журналисты ушли, остался узкий немногочисленный круг четырех фракций. Кикинах, Морозов, Юлия Болтушенко сидели рядом за одним столом и по очереди произносили тосты в основном за благополучие нации и за здоровье лидера нации Вопиющенко, которого отравили российские спецслужбы, и потому он не мог остаться с ними разделить трапезу по поводу воссоединения.
– Я со всем согласна, – сказала Юлия, стоя с бокалом шампанского в руке, – только одно мне не нравится. Зачем нам эта так называемая парламентская республика? Что это нам даст? Для того чтоб навести порядок в стране, нужна сильная рука, сильная вертикаль власти. Вы посмотрите, что творится в России. Этот кагэбэшник Путин наводит порядок в стране. Шаймиев раньше поднимал голову, а теперь опустил ее. Гусинский и Березовский вынуждены были драпать из страны. А мы чем хуже? Да мы этот Донбасс обнесем колючей проволокой, но искореним русский язык. А тот, кто будет сопротивляться, тому пальцы, а то и язык будем отрезать. И это может сделать только президент, если у него будет вся полнота власти. И этим президентом будет Виктор Писоевич. Вы не знаете Виктора Писоевича. Виктор Писоевич внешне кажется либералом, добрым, мягким человеком, а на деле он куда сильнее русского президента. Давайте не будем лишать его полномочий. Только так можно привести страну к процветанию. Что-то и от коммунистов надо взять. Не все было так плохо при социализме. Правду я говорю, Александр Иванович? – Тут Болтушенко чокнулась с ним бокалом и залпом выпила шампанское. – Но, Александр Иванович, дорогой, кажется, именно вы, а не кто-то другой требуете разрушить конституцию страны и ввести так называемую парламентскую республику? Да или нет? Похоже, вы не любите Украину. А может, вы того, русский шпион? Признавайтесь, разоружайтесь, мы великодушны, простим вас.
– Да… что вы такое говорите, Юлия Феликсовна, Христос с вами, – произнес Морозов, заикаясь и моргая глазами.
– Юлия Феликсовна, вас вызывают, я провожу вас, – сказал Пердушенко и протянул ей руку. Она тут же встала, красная как помидор, и ушла под руку с мужчиной, которому никогда не могла ни в чем отказать.
– Зачем ты меня увел, подождать не можешь?
