Орден Превыше Всего полностью

Оборотень превосходил ангела по физической силе, но тот был ловок и быстр. С невероятной скоростью он уклонялся от ударов, заходил за спину врага и наносил мечом удары по лохматой спине. Акрам выл от боли и размахивал своими когтистыми лапами, не разбирая, кто перед ним. Вокруг него быстро выросла гора трупов. Его шкура, пропитанная кровью, блестела на солнце, а глаза горели алым огнём.

Но ангел не сдавался. Он начал атаковать с вихревой скоростью, нанося шквал молниеносных ударов. Куски меха и мяса летели во все стороны. За минуту грудь оборотня превратилась в кровавую рану, из которой обнажились кости. Смертельно раненый, Акрам рухнул на колени.

Ангел замахнулся мечом и отсёк оборотню левую лапу. Тот взвыл и упал на спину, сжимая раненую конечность.

— Запомни этот день. Сегодня ты отправишься в Ад! — прогремел голос ангела, полный ярости.

Наступив на разорванную грудную клетку врага, ангел посмотрел ему прямо в глаза и медленно вонзил свой меч в горло.

— Я хочу видеть, как ты умираешь!

Но оборотень, собрав последние силы, схватил ангела за горло и отбросил его на несколько метров. С невероятной яростью он вытащил меч из своего тела и подошёл к сбитому с толку врагу.

— Я заберу тебя с собой, — прошипел Акрам, и, используя клинок ангела, пронзил ему сердце.

Жизнь в одно мгновение покинула тело небесного воина. Следом на землю рухнул и сам оборотень, принявший форму человека.

Крестоносцы с ужасом наблюдали за этим. Их последняя надежда угасла у них на глазах. Воинов охватило отчаяние, которое обрекло их на гибель. Спустя несколько часов большая часть рыцарей была убита. Те, кто не смог сбежать, были схвачены и казнены, многим отсекли головы.

Сражение под Рогами Хаттина стало катастрофой для крестоносцев. Орден Тамплиеров и Орден Госпитальеров потеряли большую часть своих сил. После этой победы войска Саладина практически без сопротивления наводнили земли крестоносцев и в конце концов захватили Иерусалим.

— По легенде, в этой битве был утрачен Святой Животворящий Крест Господень. —Александр закончил свой рассказ и повернул голову к дочери. Вера мирно спала, крепко обняв подушку. Он так и не понял, на каком моменте она заснула.

Отец подошёл к ней, осторожно поцеловал в лоб, поправил плед и оставил её спать в гостиной.

Ему самому нужен был отдых.

Хорошо выспавшись, Александр неспешно привёл себя в порядок. Он позвонил, чтобы договориться о людях, которые будут убирать дом перед приходом гостей, а также обсудил детали приготовления еды, напитков и работу официантов, которые должны обслуживать гостей вечером. Закончив организационные вопросы, он сообщил Вере, что, пока его нет, она остаётся главной в доме:

— Распоряжайся, как хочешь, но не слишком балуйся, ладно?

Сам Александр сел в машину и отправился на встречу с Асмодеем.

Первый день зимы выдался прохладным. Ночной мороз, ударивший после недельного ливня, превратил дороги в настоящий каток. Разгоняться было опасно, да и спешить не хотелось. Настроение у Александра было отличным: он отдохнул, решил все организационные вопросы с Днём рождения дочери. Оставалось только поговорить с Асмодеем — и остаток дня можно будет посвятить Вере.

Ровно в два часа дня Александр подъехал к зданию Ордена. Он заглушил двигатель, огляделся. На парковке стояла только его машина. Неудивительно: суббота.

«Я слишком много работаю,» — подумал он с лёгкой усмешкой. Такова была его судьба как Великого магистра.

— Großmeister, к вам пришёл какой-то мужчина, — встретил его в вестибюле молодой охранник. Это был тот самый парнишка, что и вчера. — Я пытался его остановить, но он сказал, что вы лично назначили ему встречу.

— И вам доброго дня, — ответил Александр, снимая фуражку. — Он представился?

— Сказал, что он Рыцарь Ада Асмодей, — Гантер смутился, явно считая, что это шутка. — Наверное, он так пошутил.

— Ах, Альберт! — с наигранным восторгом воскликнул Александр. — Он шутник. Но у нас с ним действительно назначена встреча. Всё в порядке.

— Спасибо, Großmeister, — ответил парнишка, вытянувшись в струнку.

— К слову, как вас зовут?

— Гантер, Großmeister.

— Благодарю, Гантер. Продолжайте нести службу.

Александр поднялся в свой кабинет. Дверь оказалась незапертой, а изнутри тянуло табачным дымом.

Когда он вошёл, его охватило чувство ярости. За его столом, в дорогом кожаном кресле, положив ноги в блестящих туфлях прямо на стол, сидел Асмодей. Он спокойно курил, смахивая пепел в чашку из китайского фарфора, которая стояла среди бумаг и канцелярских принадлежностей.

— О, господин Великий магистр! Как я рад вас видеть, — воскликнул Асмодей с самодовольной улыбкой. — Должен заметить, у вас невероятно удобные кресла.

Александр с трудом сдерживал ярость.

— Что ты себе позволяешь!? — прогремел он, почти дрожа от злости.

— О, не волнуйтесь, — Асмодей оставался невозмутимым. — Окно я не открывал, потому что на улице холодно. А чашка… — он посмотрел на фарфоровое изделие, в которое стряхивал пепел. — У вас не было пепельницы.

— Потому что я не курю! — уже почти крича произнёс Александр.