— Это была бы огромная честь, но смогу ли я совмещать это с учёбой?
— Сможете, — спокойно ответил Александр. — Но взамен я попрошу малость. Общайтесь с Верой, гуляйте, как вам нравится. Но запомните: если вы её обидите, ваша жизнь резко изменится. И поверьте, не в лучшую сторону.
Он говорил это без злости, но его взгляд оставался холодным. Маттиас понял предупреждение и кивнул.
— Уверен, вы умный человек и не сделаете глупостей, — добавил Александр, поднимаясь из-за стола.
Маттиас тоже встал.
— А теперь возвращайтесь к Вере. И проследите, чтобы сударыня не переборщила с шампанским.
— Я всё сделаю, герр Державин.
— Тогда за нашу дружбу!
Они снова чокнулись бокалами, и Александр едва заметно улыбнулся.
Они допили коньяк, и Маттис покинул кабинет. Александр налил себе ещё один бокал. Парень ему понравился. В отличие от других ухажёров его дочери, Маттис был настоящим: не скрывался за деньгами родителей и не изображал из себя кого-то другого. Завтра Великий магистр разрешит Гиммлеру создать своё ответвление Ордена. Пусть ищет свои германские древности. Зато взамен он должен взять Маттиаса в помощники — чтобы за ним присматривать. Гиммлер от такой просьбы точно не откажется. Собственная организация для него важнее.
Александр откинулся на спинку кресла, довольно глядя в потолок. Ничто не могло омрачить его вечер. Или всё-таки могло? Вдруг раздался звонок в дверь.
Запоздалый гость? Но вроде все уже пришли. Кто это может быть?
Нехотя Александр поднялся и направился к двери. Когда он её открыл, то на пороге стоял Асмодей.
— Доброго вам вечера, Великий Магистр!
— Здравствуй, Асмодей. Я тебя не ждал! — Александр посмотрел на демона с нескрываемым недовольством. — Что ты хотел? И как узнал, где я живу?
— От вас мне ничего не нужно. Я просто хотел поздравить вашу дочь с днём рождения. К слову, узнать ваш адрес оказалось не так уж и сложно, — Асмодей улыбнулся, доставая из-за пазухи бутылку дорогого шотландского виски. — А заодно решил загладить вину за нашу сегодняшнюю встречу. Можно войти? — Не дожидаясь ответа, он шагнул внутрь дома. — У вас тут уютно, Великий Магистр.
Александру совсем не понравилось это самовольство, но он решил, что попытка вышвырнуть гостя силой привлечёт слишком много шума. Он молча взял виски из рук Асмодея.
— Что у тебя за подарок для Веры?
— Прекрасное колье.
— Покажи.
— Увидите его на имениннице. Где она?
— Я не могу позволить моей дочери принять подарок, не зная, безопасен ли он.
— Александр, мы же только что договорились о сотрудничестве. Думаете, я стану разрушать наш договор своими руками? Я держу своё слово.
— Хорошо, пойдём. Но запомни: сделаешь что-то, что мне не понравится, — я не побоюсь убить тебя на глазах у всех гостей.
Асмодей спокойно принял эти условия, всем видом показывая, что готов подчиниться. Александр занёс бутылку в свой кабинет и, закрыв дверь, жестом велел гостю следовать за ним.
Они поднялись на второй этаж, где празднование шло полным ходом. Звучала музыка, гости танцевали. Подносы с шампанским давно опустели, и официанты собирались разлить новую партию. Но Александр остановил их:
— Молодёжи хватит, — бросил он, осматривая зал. Многие уже успели перебрать, и ему совсем не хотелось, чтобы праздник вышел из-под контроля.
Его дочь Вера заметила, как отец беседует с официантами, и подошла к нему:
— Всё в порядке?
— Да, не волнуйся, — мягко ответил он. — Я хотел тебя с кем-то познакомить. Позволь представить…
Но договорить он не успел.
— Альберт Шнайдер, друг и помощник вашего отца, — представился Асмодей, быстро беря инициативу в свои руки. Он галантно поцеловал имениннице руку. — Вера, вы прекрасны, но с моим подарком вы станете выглядеть ещё краше. Могу я попросить вас подойти к зеркалу?
Вера бросила вопросительный взгляд на отца. Александр едва заметно кивнул, давая своё одобрение.
Они подошли к ближайшему зеркалу.
— Закройте глаза, — попросил Асмодей.
Вера подчинилась, и мужчина достал из кармана пальто небольшой футляр. Внутри находилось изысканное рубиновое колье. Он осторожно взял украшение и надел его на шею именинницы.
— Можно открывать? — спросила она с любопытством.
— Да, конечно! — с энтузиазмом ответил Асмодей.
Когда Вера открыла глаза, она увидела в отражении прекрасное рубиновое колье. Камни переливались в свете ламп, играя яркими оттенками. Это было великолепное украшение, от которого ни одна женщина не смогла бы отказаться.
— Оно прекрасно! — восхитилась Вера. — Наверное, оно очень дорогое? Не стоило…
— О, прошу вас, — отмахнулся Асмодей. — Для меня это мелочь. Для такой девушки, как вы, ничего не жалко. Я знаю, как для вашего отца важна ваша улыбка. Вот почему я решил порадовать и вас, и его. — На его лице появилась белоснежная улыбка. — К слову, это колье когда-то принадлежало Лукреции Борджиа.
Глаза Веры загорелись от счастья. Надо признать, Асмодей знал, как произвести впечатление. Девушка никогда не просила у отца дорогих украшений, но в глубине души всегда мечтала о чём-то блестящем и роскошном.