— Странно, что я о нём не слышал, — задумался Александр. — Как его зовут?
— Его зофут Генрих Гиммлер.
— Генрих Гиммлер? Надо будет с ним познакомиться, — подумал Александр, глядя на парня.
Тем временем очередь дошла до самого Генриха. Ему, как и остальным, прочитали законы Ордена. Он поклялся соблюдать их и встал в ряды посвящённых. Великий магистр Кальвин Фогт лично вручил каждому из новобранцев серебряную саблю или меч.
После этого Фогт вернулся на своё место, сказал молодым охотникам напутственные слова, а в конце речи торжественно провозгласил:
Его слова подхватили остальные охотники:
[1] Рудольф Вальтер Рихард Гесс — немецкий государственный и политический деятель, заместитель фюрера в НСДАП и рейхсминистр (1933–1941).
Небольшая рыбацкая шхуна медленно причалила к порту города Исикари на острове Хоккайдо — втором по величине острове Японии. На борту шхуны стоял молодой мужчина в шубе из соболя и волчьей шапке, с массивным чемоданом в руке и часами фирмы
Он не спешил спускаться с судна, медленно осматривая порт, заставленный рыбацкими шхунами. Исикари славился своим промыслом лосося. Погода стояла ясная, а в небе кружили чайки, издавая громкие гортанные крики, напоминающие человеческие стоны.
— Александр Павлович, мне не стоит здесь задерживаться, — обратился рыбак, доставивший мужчину на остров.
— Ухожу, — кратко ответил Александр, заметив человека, который должен был сопровождать его на острове. — Я вам что-то ещё должен?
— О нет, Александр Павлович, вы были очень щедры. На ваши деньги…
Рыбак что-то говорил, но Александр не слушал. Он молча спустился с шхуны и направился к ожидавшему его человеку.
Его ждал высокий молодой парень, гладковыбритый, на несколько лет младше. Когда Александр видел его в последний раз, тот был значительно ниже. Теперь он носил японскую военную форму службы безопасности Сухопутных войск Японской империи. Белая нарукавная повязка с иероглифами «憲兵» обозначала «солдаты закона». На поясе висели кобура с новым пистолетом Намбу Тип 14 и серебряный Син-гунто — армейский японский меч.
— Здравствуй, Андрей, рад видеть. Надеюсь, вы не хотите меня убить? — улыбнулся Александр, протягивая руку. — Я безоружен!
— Может, закончим эту вражду? — возразил сопровождающий, но руку пожал. — Мне надоело извиняться. Тогда, за ужином, я был ребёнком. После вашего отбытия на фронт моя сестра часто плакала. А потом вы вернулись, и я боялся, что вы её обидите.
— Не горячись, — рассмеялся Александр. — Мне нужно прийти в себя. Дорога из Берлина вымотала. Я сбился со счёта, сколько дней провёл в пути.
— Понимаю. Пройдёмте скорее в машину. Я немного замёрз, пока вас ждал. В декабре у нас холодно.
Александр кивнул и последовал за ним. Они вышли из порта и сели в синий автомобиль неизвестной Александру марки — вероятно, местного производства. Андрей завёл двигатель и направился в сторону Саппоро. До города было чуть более пятнадцати километров.
Сегодня мужчина увидит впервые увидит свою дочь. Ксения назвала её Верой. Ей пару дней назад исполнилось восемь. Мужчина вёз ей подарки. До этого дня он видел её только на фотографиях.
— Служишь в Кэмпэйтай? — поинтересовался Александр, внимательно разглядывая форму Андрея.
— Скорее, для вида, — ответил Андрей, слегка улыбнувшись. — В основном я занят делами Ордена. После того как отец и мать уехали в Штаты, мы с сестрой координируем охотников на Хоккайдо. Нам доверяют даже в японской части Ордена. А как у тебя дела в Германии?
— Твои родители уехали в Штаты? — удивился Александр, прежде чем ответить.
— Да, уже как год, — подтвердил Андрей. — Ксения разве тебе не рассказывала?
— Нет… — разочарованно признался Александр.
— Как у тебя дела в Германии?
— В Германии всё неплохо. Я занят поисками древностей. На охоте давно не был…
Оставшуюся часть пути они провели в молчании. Андрей сосредоточился на дороге, а Александр погрузился в раздумья о Японии, сведениями о которой он владел лишь отрывочно.
Он знал, что сейчас страной правит император Ёсихито. О нём говорили мало, так как здоровье монарха оставляло желать лучшего. Несмотря на то что Ёсихито не исполнилось и пятидесяти, ходили слухи, что он серьёзно болен и его дни сочтены.
Сама Япония переживала нелёгкие времена. Последние годы страна постепенно выходила из послевоенного кризиса. Её экономика была слишком слабой для уверенного развития в мирных условиях. Во время войны ситуация выглядела иначе: японцы успешно захватывали азиатские рынки, откуда европейцы были вынуждены уйти. Всего за несколько лет золотовалютные резервы страны увеличились в разы, а промышленность переживала настоящий подъём. Теперь же такие успехи остались лишь в воспоминаниях.