«Заседание Общества Незримого бастиона продолжается.
Вивиана говорит что-то на ухо Эолусу. Кастелян поднимается на ноги и начинает прохаживаться по зале перед сидящими.
Эолус (откашлявшись): Как второй оратор общества, я призываю вас посмотреть на мое презренное, лишенное силы существование. Пусть оно и сам бастион, в котором мы заседаем, послужат напоминанием всем членам Общества, что свое наказание должен смиренно принять каждый de rigore juris[25]. Я уже двести с лишним лет являюсь узником и летописцем бастиона и несу это бремя со всей ответственностью и осознанием глубины своей вины перед соплеменниками. Бастион является символом закона, что установил Бранниус над всеми нами. Dura lex sed lex[26].
Хелир: Это и есть то самое решение? Вивиана, ты – первый оратор. Все собрания ты призывала, что каждый голос должен иметь вес. Таков принцип Общества, он не заключен в расхожей фразе, брошенной презренным. А как же демократия? И ты объявила присяжными всех нас.
Вивиана расправляет крылья с множеством шрамов. Зотикус напрягается.
Вивиана: Consuetudo loci observanda sunt[27]. Постановляю: исход суда будет решен голосованием. Должности судьи, прокурора и адвоката аннулированы. Я голосую за заключение Мании в бастионе.
Эолус (важно): Поддерживаю.
Хелир: Категорически против.
Глосий со вздохом обводит собрание взглядом и исчезает из зала суда.
Вивиана: Глосий воздержался.
Криспинус: Против.
Пруденца (помедлив): Я против.
Зотикус (самодовольно): За. И, видится мне, у нас дилемма. Стоило ли устраивать подобный эксперимент?
Хелир (Вивиане): Soror, ты сказала, что присяжными являются все присутствующие. Но мы забыли спросить одного человека.
Слуга Незримого бастиона замирает под взглядами шестерых дьяволов, обращенными теперь к нему одному. С задрожавшей руки на пергамент падает жирная капля золотых чернил. Он ловит взгляд Вивианы. Госпожа первый оратор смотрит на него с ленивым прищуром, коварно и сладко улыбаясь уголком красного рта. В этой улыбке сквозит что-то сродни обещанию.
Луи Клод (тихо): За.
Зотикус хлопает в ладоши.
Маниа истошно вопит, руки-ленты затягивают ее обратно в дыру, та закрывается с жутким скрежетом.
Зотикус: Все-таки от вас еще можно добиться благоразумия!
Поворачивается на каблуках человеческих туфель и пропадает в клубе серебристого дыма.
Хелир исчезает с громким щелчком, похожим на удар хлыста. Пруденца растворяется в воздухе.
Криспинус остается.
Собрание за номером 784 объявляется оконченным».
