10:00. Поскольку сегодня не приемный день, мне не придется ожидать в очереди и вообще светиться на глазах у публики. Я выпрямила плечи и провела ладонями по мерцающему графитовому шелку стильного костюма «Армани» из последней коллекции. Приталенный пиджак не предполагал наличия блузы или топа, собственно говоря, он не предполагал даже нижнего белья, ни одна модель «инвизибл» не смогла справиться с поставленной задачей, и в итоге я отбросила эту идею. Узкая юбка из такого же шелка до колена облегала бедра второй кожей, в ней трудно было делать широкие шаги, но благодаря ей походка не уступала дефиле лучших топ-моделей мировых подиумов. После смерти Алекса я хотела утопить в бассейне Валерию, которая силком потащила меня в тренажерный зал, но сейчас, любуясь в зеркале своей стройной фигурой, я мысленно поблагодарила ее за это. Кристалл Сваровски ярко мерцал на загорелой коже и прекрасно гармонировал с цепочкой из белого золота с вкраплением бриллиантов, умостившись в ложбинке груди над V-образным вырезом. Я не стала завивать свои волосы в крупные волны, оставив их сбегать темной выпрямленной волной до самой талии. Макияж был практически невесомым, я подчеркнула только глаза и скулы. В ушах бриллиантовые гвоздики, немного бесцветного блеска на губы, капелька моих любимых (еще бы, эксклюзивных) духов на точки пульсации для эффекта невесомого шлейфа.
На что я тогда так беспечно рассчитывала? По прошествии времени я сама не знала, что же ответить себе на этот вопрос. Соблазнить его одним своим видом, заставить упасть к моим ногам вместе с документами на передачу права собственности? Деактивировать своей сексуальностью и таким образом настроить на выгодную мне волну? Или доказать, что я его не боюсь, насладиться триумфом победительницы, которая поманила золотым сиянием собственной внешности исключительно в садистских целях, подчеркивая таким образом, что захапать клуб – не значит заполучить его обладательницу? Почему мне так важно было показать себя крутой и несломленной, особенно в свете того, что совсем недавно я готова была упасть на колени и умолять не прессовать меня ожиданием?..
В то утро ничто не предвещало первого этапа моего персонального кошмара… вернее, его ожидание висело в воздухе, но сегодня я была уверена в собственной победе или же вероятности компромисса. Как легко было опутать себя сетями самообмана! Может, мне действительно хотелось видеть именно то, чего нет, воскресив в памяти последнюю встречу и удерживая эту иллюзию обеими руками, не понимая, что у меня не хватит сил держаться за маленький буек под натиском огромных штормовых волн? Я была так уверена в себе, что смело шагнула вперед. Потом буду не раз задавать себе этот вопрос: а сложилось бы все по-иному, если бы я не стала устанавливать свои правила и покорно ожидала его появления, вместо того чтобы форсировать встречу? Я никогда не узнаю на него ответа. Сейчас же мантра «лучше сделать и жалеть, чем не сделать» была настолько сильна, что я обняла Еву, подумав, что вернусь к ней совершенно иной и больше не дам ощутить мою тревогу, поручила Штейру провести собеседование с новым соискателем на должность смотрителя и спокойно села в автомобиль, не отказав себе в удовольствии насладиться приятным весенним солнцем. Ветер еще был холодным, погода менялась по несколько раз в день, но я подставила лицо его ласкающим лучам и улыбнулась, погасив приступ паники. Я сейчас не имела никакого морального права на слабость.
10:44. Руки Бориса уверенно открывают дверцу «лексуса», шпильки туфель упираются в гладкий асфальт, перед тем как я не выхожу, нет, выпархиваю из автомобиля с грацией Наоми Кэмпбелл и только тогда отпускаю руку телохранителя. С длинными волосами, глубоким загаром и постройневшей фигурой я действительно на нее похожа. Делаю несколько уверенных шагов – для меня сейчас словно включился эффект замедленной съемки, которую так любят на подобных моментах кинематографисты. Мне не нужно оборачиваться по сторонам. Я боковым зрением вижу, как троица мужчин прервала разговор, обернувшись в мою сторону, как замедлили шаг прохожие, даже как компания подростков потянулась за телефонами, слышу скрип шин по асфальту и сигнальный гудок, а по спине гладят невесомыми прикосновениями жадные взгляды. Я получила свою утреннюю дозу восхищения, но без одной ключевой фигуры триумф не будет полным. Я широко улыбаюсь охране, изучившей мой паспорт, прохожу через ряд металлоискателей и нажимаю кнопку зеркального лифта. Я не могу пояснить в этот момент даже себе, почему велела Борису сопровождать меня. Конечно же, ему приходится сдать травматический пистолет, но все равно я ощущаю себя гораздо увереннее в его присутствии.
