Стоял и стоял неподвижно. И смотрел на заднюю стену. Представлял, что там развешаны пистолеты с Перл-стрит. Он видел их явственно, словно они там и впрямь висели. Тэллоу рассматривал их и искал – ключ к разгадке. Смысл узора. Улики.
Через десять минут в офис ворвалась лейтенант – злая как черт и угловатая в сильно приталенном черном шерстяном брючном костюме с воротником стоечкой и асимметричной застежкой. Наверное, новый, от папы. Впрочем, сейчас ему было плевать на ее костюм и настроение.
– В последнее время мне не нравится ваш тон, детектив, – гаркнула она, подлетая к столу.
Тэллоу бросил на стул сумку, вытащил распечатку и швырнул ее на стол.
– Ты что, меня не слышал?
– Прочитайте это.
– Тэллоу, ты чего добиваешься? Чтоб тебя отстранили? Не проблема! Я прямо сейчас заберу у тебя значок и табельное оружие и попрошу, чтобы тебя вывели из здания.
– Прочитайте. Это.
– Тэллоу, ты…
– Лейтенант, я вас очень уважаю. Работа у вас тяжелая, во всех смыслах тяжелая, на вас со всех сторон давят, но вы справляетесь, причем лучше, чем многие, а я повидал многих, поверьте. Но вы повесили на меня это дело и теперь считаете дни до того момента, когда я с этим камнем на шее уйду под воду и наконец-то исчезну из вашего поля зрения. Что ж, я все понимаю. Но, пока я еще на плаву, вы будете обращаться со мной как положено. Как с детективом Департамента полиции Нью-Йорка. И вы. Это. Прочитаете.
Она долго смотрела ему в глаза. Потом перевела взгляд на распечатку, но он уже видел: нет, даже вчитываться не будет, просмотрит и в мусорку кинет. А потом займется Джоном Тэллоу, нарушителем дисциплины. И тогда он обратил свои мысли к небесам. Мало ли, может, кто-то сейчас сидит над Эрикссон-плейс и слушает.
Лейтенант пробежала глазами страницу и подхватила ее со стола. Сейчас сомнет. Смерила Тэллоу злобным взглядом. Снова посмотрела на бумажку. Пальцы сжались.
А потом она замерла. Прищурилась – перечитала какую-то строчку. Держа бумагу двумя руками, аккуратно расправила.
А потом отложила обратно на стол – очень медленно, словно тикающую бомбу.
– Джон?..
Значит, теперь он опять Джон. Да уж, новость он ей притащил – как удар под дых. Осталось понять, куда ее теперь понесет. Может, кстати, и уволить. Причем без вопросов.
– Да.
– Ты уверен, что криминалисты не решили нас просто разыграть?
– Вчера я встречался с криминалистами, которые занимались экспертизой. Там у пистолета кусок отлетел и часть мочки уха у одного из них срезал. В общем, они закончили чуть меньше часа назад. И выглядели при этом так, что я могу поклясться: таким испуганным человек притвориться не может.
– Кто еще это видел?
– Пара криминалистов. Я. Вы.
Она смерила его странно оценивающим взглядом.
– Ты уверен?
– Абсолютно.
– Ну хорошо. Хорошо. Присядешь?
– Так постою.
Тэллоу намеренно подпустил холодка в голос. Она это заметила.
– Я хотела кое-что сказать, Джон… Насчет похорон…
– Забудьте про похороны. Сейчас не до них. Что скажете насчет этого?
Она провела ладонью по волосам – обеспокоена. Еще бы. Глаза снова метнулись к бумаге на столешнице.
– А что ты думаешь насчет этого? У тебя есть версия?
– Я полагаю, что у арендатора квартиры 3А на Перл-стрит был сообщник в главном хранилище. И этот сообщник по предварительному сговору выкрал пистолет. Чтобы застрелить из него конкретного человека. Преступник знал, что пистолет мгновенно опознают, поэтому вынул из тела пулю. Или пули. Потому у нас есть орудие убийства, но нет жертвы. Тела. И я полагаю, что он выбрал именно этот пистолет, потому что тот каким-либо образом был связан с жертвой. То ли личное, то ли профессиональное.
И тут Тэллоу посетило озарение. А может, это было просто очередное безумное допущение.
– К примеру, вполне может оказаться, что Марк Ариас, убитый в 2007 году в Вильямсбурге, был как-то связан с полицией.
Брови лейтенанта поползли вверх:
– Почему ты так решил?
– Его убили из «Ругера» полицейской модели, ее поставляли в полицейские подразделения, впрочем, не то чтобы ствол был популярен. Пробейте Марка Ариаса – он будет точно как-то связан с полицией. Может, не офицер, но кто-то вроде него.
Тэллоу прекрасно понимал, что рискует, причем прилично рискует. И чувствовал, что мозг работает на полную мощность. Давно он до такой скорости его не разгонял. Он был сейчас словно бегун, который долго раскачивался в начале дистанции и наконец-то вошел в нужный ритм.
Она развернулась к компьютеру:
– Знаешь, как раньше называли полицейских, которые служили в хранилище? Резиновые Пистолеты. Туда отправляли только проштрафившихся.
Лейтенант запустила поиск по базе. И брови ее снова поползли вверх, когда интерактивный Центр учета преступлений выплюнул на экран результаты. Она зачитала их Тэллоу:
– Марк Ариас в 2007 году был отстранен от службы в Департаменте полиции, последнее назначение… м-да. Хранилище.
