– По-моему, шесть дюймов. Я это все помню, потому что мой специалист, он же ж такой же любитель истории, как мы с тобой, и он увидел пистолет и стал немножко раскачиваться из стороны в сторону, он так делает, когда очень доволен, а потом мне много рассказал про этот пистолет, так много, что мне пришлось сказать, чтоб он замолчал, а то я его пристрелю.
– Беру, – сказал охотник.
– Отличное приобретение. Такое оружие – оно как хорошие часы, из тех времен, когда у них были еще механические части, о которых люди заботились. Я бы мог тебе «Зиг» найти, но это не то же самое, правда? А этот «Кольт» продается вместе с подлинной полицейской кобурой, но я тебе ее не продам. Если хочешь, бери ее даром, я за нее денег не возьму.
– Почему?
– Ею ни разу не пользовались. Это запасная кобура. И я тебе расскажу одну вещь, которую мне поведал мой специалист. Смешная вещь. Полицейским приходилось разнашивать эти кобуры. Они выглядели как кожаные, а на самом деле были из картона. Так что они таскали бутылку кока-колы в кобуре целую неделю, чтобы она стала шире и туда пистолет пролезал. А если туда сразу сунуть пистолет, его вырезать придется из кобуры. А если не успеешь – тебя пристрелят. Но разношенная кобура разваливалась через полгода. Мне сказали: в семидесятых люди нашей породы выдирали «Кольты» из кобуры. Просто раздирали кобуру, выдергивали пистолет и стреляли в полицейского. Хорошие были времена, только мода дурацкая.
Охотник усилием воли подавил в себе ненужные мысли. И желания.
– Сколько?
– Сто долларов, больше не возьму, – раздуваясь от сознания собственного великодушия, сообщил Кутха. – К нему прилагаются двадцать четыре обоймы.
– Это очень щедро с твоей стороны, – сказал охотник. – Спасибо.
– Пистолет привезут из Нью-Джерси. Я позвоню. Будь здесь около семи. Его привезут с вечерним грузом. Я сам заберу его из машины и лично все проконтролирую.
– Это очень профессионально и своевременно. Спасибо, – сказал охотник. – Я буду ждать с деньгами.
Ведь он действительно мог так поступить.
Кутха не стал на этот раз вставать, чтобы пожать руку, а взял сотовый и набрал номер. И красноречиво поглядел на охотника, давая понять, что аудиенция закончена. Охотник кивнул и покинул мини-царский двор. На лестнице человек с армейской стрижкой отдал ему сумку и проводил взглядом до двери, у которой стоял громила. Тот распахнул створку и выпустил охотника на улицу.
Итак, что он теперь знал: в здании громила, мужик с армейской стрижкой, Кутха, мальчишка и, по крайней мере, еще один мужчина наверху. Все, кроме этого мужчины (или мужчин) наверху, его видели. А когда он вернется, там будет, по крайней мере, еще один, тот, кто привезет из Нью-Джерси его пистолет и «вечерний груз», о котором говорил Кутха. Видимо, это будут люди. В сумке лежал нож и мелочи, необходимые для жизни в лесу: трут, кресало, шнурок, еще всякое. На пальце – кольцо.
Он дошел до конца квартала и огляделся – нет никого. И принялся искать, как ловчей зайти штаб-квартире Кутхи в тыл.
С восточно-западной стороны квартала, где-то за пять или шесть дверей до продуктового магазинчика, охотник обнаружил заброшенную скобяную лавку – окна внизу были неряшливо закрашены, рамы верхних этажей по большей части пустовали. На двери болталось какое-то официальное предупреждение, но непогода смыла бо´льшую часть букв с бумажки. Никто не видел, как он поддел замок ножом и открыл дверь. Проскользнув внутрь, охотник аккуратно прикрыл створку и припер ее обнаруженным рядом стендом с образцами ДСП. Похоже, хозяева покидали это место в спешке – кругом валялось много товара. Охотник затаился на некоторое время в темноте, прислушиваясь. Затем сделал глубокий вдох. Отчетливо пахло человеческими фекалиями, но явно давнишними. Нет, сквоттеры здесь не поселились. Он обошел магазинчик в поисках того, что осталось от имущества хозяина, пытавшегося заработать с помощью мошеннических законов Манхэттена. Все, что он найдет, – его по праву. Манахатту украли у ленапе, заключили с ними нечестную сделку. Так что он – не преступник. Все, что он возьмет в городе на острове, принадлежит ему.
Охотник отыскал немало: еще бечевки, а в выдвигающихся ящичках – гайки и болты, которые хозяин не захотел или не сумел забрать, спешно пакуя вещи. Тут охотнику в голову пришла одна идея, и он отрезал шесть футов веревки, набрал пригоршню гаек и болтов и отправился на поиски лестницы, которая вела бы на верхние этажи, а там и на крышу.
Оттуда он насладился угловым видом на зады склада Кутхи и прекрасным обзором заросшего травой двора. Подъездная дорожка к нему также прекрасно просматривалась. В окнах трех верхних этажей висели самодельные занавески, тщательно задернутые изнутри.
Охотник присел за вентиляционной шахтой, подальше от лишних любопытных глаз из дома Кутхи, и принялся навязывать гайки на бечевку. Тяжелые болты он закрепил с обоих концов шнура. Потом попробовал в деле: крутанул фут обвешанной железом веревки, болт на конце свистнул, описав крутую дугу. Что ж, неплохо.
