Судя по всему, налицо все условия для критического взрыва событий. И они уже почти сошлись в одной точке времени и пространства. У меня нет для этого никаких внятных обоснований, но если я пренебрегу своими подозрениями сейчас, то не пожалею ли потом? Придется тогда просить высшие силы дать мне еще одну жизнь, теперь уже для исправления новых ошибок. А что? Где вторая, там и третья!
Тут я даже испугался своих рассуждений. Ничего себе, куда занесло! Люди будут мучительно гибнуть, а я – путешествовать по реке времени? Давай-ка лучше вернемся к текущему моменту.
Кроме писем у Аэлиты похитили две совершенно незначительные иконки. О чем это может говорить, если не предаваться мысли, что Роберт, как в свое время Иван Бездомный у Михаила Афанасьевича, тоже преследует Сатану? Получается, что где-то в этой истории фигурирует некая икона (какая именно, злодей сам не знает, вот и бросается на каждую), и эта икона – штука очень важная. При этом вряд ли ценная сама по себе, иначе он не хватал бы что попало, даже открытку на церковную тематику.
Что он там кричал в прошлой жизни, свихнувшись? Что по воле Николая Чудотворца спасает сокровища от поганых рук. Сокровища!
Наша Вологодская область не изобилует, конечно, историями про клады и сокровища, но кое-что и мы имеем. Одна Золотая баба чего стоит! По слухам, зарыта она где-то при слиянии рек Сухоны и Юг, неподалеку от Великого Устюга.
Золотая баба – статуя, которой поклонялось какое-то племя, проживающее в Сибири. Великий Устюг, который еще не был Великим и тем более не считался родиной Деда Мороза (устюжане содрогаются, заслышав этот слоган!), стоял на пересечении торговых путей, был ключевым городом, соединявшим Центральную Русь с Европейским Севером и Сибирью, и за него развернулась яростная борьба между Московским княжеством и Новгородской республикой.
В один прекрасный день ватага новгородских ушкуйников, успевшая хорошо пограбить в Сибири, возвращалась домой с добычей. Но неподалеку от Устюга молодцев встретили москвичи: мол, делиться надо! Естественно, делиться ушкуйники не хотели. Увы, москвичей было больше, а новгородцы еще и устали после похода за Камень, поэтому они проиграли, и вся добыча досталась врагу. Вся, за исключением Золотой бабы, которую новгородцы куда-то спрятали перед боем. Пленные даже под пытками не сказали, где она спрятана, так что москвичам пришлось довольствоваться мехами. Добыча неплохая, но до золотой статуи, весившей не меньше двух пудов, не дотягивает.
Золотую бабу пытались искать, но какой смысл? И место захоронения неизвестно, да и реки – Сухона и Юг, которые при слиянии образуют Северную Двину, – постоянно разливаются. Золотую бабу по-прежнему ищут, а вот найдут ли ее, кто знает? Впрочем, как по мне, то лучше бы не находили. Найдут ее, а что дальше? Лишимся мы любопытной загадки. Исчезнет тайна, пропадет обаяние. Да и искать ее, пожалуй, потруднее, чем иголку в стоге сена. Что такое тридцать два килограмма золота? Я представил себе двухпудовую гирю – шарик скромной величины, а золото сильно потяжелей будет. Значит, размер еще меньше. Вот и ищи такую, если она вообще существует.
Книги, в которых описывают поиски неких артефактов, я читаю с удовольствием, а вот в реальности, к поискам кладов отношусь с некоторой долей скепсиса. Разумеется, такое бывает, чтобы кто-то что-то запрятал, а потом, спустя много лет, кто-то нашел, но крайне редко. Да и что находят? Серебряные «чешуйки», зарытые в землю при Смуте, в основном поддельные и не представляющие никакой ценности; медные пятаки второй половины восемнадцатого века. А еще попадаются клады, закопанные во время Гражданской войны и коллективизации. Но, как говорят ученые люди, от такой находки не разбогатеешь. Даже если монеты и стоят что-то, замучаешься продавать.
Еще видел по телевизору историю о находке столового серебра при ремонте дворца Юсуповых, да у нас, в Череповце, неподалеку от усадьбы Гальских отыскали старинный фарфор. А уж тратить свою жизнь на розыски мифического «золота Колчака», «бриллиантов Кшесинской» или «последнего пасхального яйца Фаберже» – нелепость.
Конечно, колоритней всего выглядят истории о морских сокровищах на затонувших кораблях да восточные сказки Шахерезады о волшебных кладах. Вот даже я за время пограничной службы в Туркмении наслушался всякого. Одна история о Джунаид-хане и его сокровищах чего стоит!
Почему человек так устроен: нечто постылое и тягостное со временем начинает вспоминаться с приятной ностальгией? Воспоминание о сокровищах Джунаид-хана тут же забросило меня назад в предгорья Копетдага, на нашу маленькую заставу, где я впервые и услышал эту историю. И помешать этому не смогли даже козлиные прыжки нашего автобуса на корявом асфальте и ощущение себя в роли кильки, расплющенной в консервной банке.
Солдат спит – служба идет. А если не спит? Мы вот, например, сейчас не спим, но служба идет все равно. Чего-то явно не хватает в этой пословице. Или это не про нас, не про пограничников?
