Спешит и король Хавальд: уже по крайней мере пять-шесть тысяч воинов из тех, что вошли в Ти'арг, разошлись по северо-восточным землям. Большая часть, конечно, устремилась к Академии — необходимое подспорье на случай её защиты; но остальные остались здесь или пробивались на юг. На юге, впрочем, и без них не было скучно: Нитлот слышал, что лорды в низовьях Реки Забвения, разделившиеся на два лагеря, уже с конца осени грызутся между собой, а богатые уютные городки переходят из-под знамени Альсунга под знамя коронников и обратно — летуче, как мяч в детской игре. Где-то там, на юге страны, сражался и лорд Иггит. Беззеркальные надеялись, что скоро он приедет и соберёт всех сторонников в поход на Академию — но зима тянулась, а этого не происходило. К Академии нужно было сначала подступиться. Всё же коронников было слишком мало, и они слишком часто проигрывали.
После захвата Меертона коронниками очаги боёв вспыхивали каждый день — каждый день лорды и рыцари-командующие, за которыми шло простонародье, получали послания о новых битвах. Крупных побед после Меертона пока больше не было, а вот мелких поражений — сколько угодно. Прослышав о вмешательстве Отражений, король Хавальд, видимо, запаниковал и не жалел людей. Ходили слухи, что ещё столько же альсунгцев подойдут морем, высадившись в Хаэдране (жители порта пока не встали открыто ни на ту, ни на другую сторону), и вот тогда-то коронникам несдобровать. Нитлот не знал, правда ли это, но видел, что и сейчас положение не лучшее. Войска наместника и Альсунга окружили их в предместьях Меертона и оттеснили на север; сам город пока удавалось удерживать, но в сочетании с парой северных крепостей и крошечными деревушками — единственным богатством коронников — он мало что давал. Пока лорд Иггит не овладеет низовьями Реки Забвения, предгорьями, Волчьей Пустошью и Хаэдраном, об Академии нечего и мечтать. Его разобьют раньше, чем он к ней подберётся.
И никакая магия не поможет ему. Тем более — если новым наместником действительно стал тот, о ком Нитлот слышал столько зловещего.
Оборотень-Двуликий, называющий себя Тэской. Убийца родом с запада. Убийца, в чьей крови магия — чудовищное сочетание. Нитлот и представить не мог, что доживёт до дня, когда государство беззеркальных возглавит магическое существо. Но это случилось.
Наверное, мир и в самом деле сошёл с ума. Странно, что на снегу Ти'арга ещё не расцвели чёрные розы, пахнущие Хаосом — как там, в Меи-Валирни. Если Альен вернётся или вернулся, в этом не было бы ничего удивительного.
Снег искрился под солнцем, слепил и казался то сиреневым, то голубоватым. Нитлот смотрел, как медленно кружащиеся снежинки, поблёскивая, мотыльками опускаются в сугроб. Вокруг перекрикивались и скрипели сапогами беззеркальные: стаскивали трупы, выуживали из-под снега оружие и порубленные щиты, отводили и относили в тепло раненых. Испуганно ржали лошади. Пахло гарью (несколько огненных шаров, сотворённых кем-то из отряда Долины, во время боя подпалило крыши и стены домов), железом и кровью. Деревню отстояли, но дорогой ценой.
— Как мы их, а, господин маг? — тощий мечник, проходя мимо, молодцевато подбоченился — хоть и тяжело дышал от усталости. — Не скоро теперь сунутся, твари!
— Да, — неохотно солгал Нитлот, шагнув к следующему альсунгцу — тот лежал на расстоянии в несколько локтей, лицом вниз, и тоже был со всей очевидностью мёртв. — Наверное.
— Спасибо, — вдруг сказал мечник.
Нитлот вздрогнул и поднял голову: странно слышать искреннюю благодарность от беззеркального. Почти все они, особенно простонародье, считают народ Долины «Отражениями», порождениями тьмы — просто не понимая, что именно «Отражения» много веков поддерживают хрупкий магический баланс их мира. А уж рассказывать крестьянам, рыбакам и кожевникам о Цитаделях Порядка и Хаоса непросто. Да и будто бы незачем.
— За что? — на всякий случай уточнил Нитлот. Напрягшись и помогая себе магией (совсем чуть-чуть), он перевернул раненого — и увидел ещё одно побелевшее, мокрое от снега лицо с застывшими голубыми глазами. Северяне уже казались ему похожими, точно младенцы — так много их было в последние дни.
Мечник стоял над ним, переминаясь с ноги на ногу.
— За то, что помогли. Что сражаетесь за нас. Без вас нас бы разбили, клянусь Шейизом.
— Едва ли, — Нитлот устало проверил дыхание, сердце, пульс альсунгца и издали кивнул парням, переносившим мёртвых. — Их было меньше, и вы неплохо вооружены.
С одной стороны, это было правдой: совсем недавно люди лорда Иггита доставили сюда мечи, щиты и стрелы из меертонских трофеев. И отряд альсунгцев, напавший на деревню, не отличался многочисленностью — не больше тридцати человек. С другой стороны, на такую крошечную деревушку могло хватить и тридцати… Но об этом Нитлот промолчал. Если коронники сейчас не будут действовать безрассудно, им останется только не действовать совсем.
