За рёвом, естественно, последовали клубы раскалённого пара; Иней смотрел на них снизу вверх — как показалось Шун-Ди, с подростковой завистью к силе взрослого. Янтарные глаза Рантаиваль неспешно обежали сосны, лорда Ривэна с Тимом, Лиса, походя — Дуункура, задержались на Уне и лорде Альене, а потом возвратились к Шун-Ди. В его сознании загремел ни на что не похожий голос:
ЗДРАВСТВУЙ, ЧЕЛОВЕК С ВОСТОКА. РАДА, ЧТО МЫ СНОВА ВСТРЕТИЛИСЬ. СПАСИБО, ЧТО УБЕРЁГ МОЁ ДИТЯ.
Шун-Ди поклонился, не поднимая глаз.
— Не стоит благодарности. Это было для меня честью.
А ВОТ И ТОТ, ЧЕЙ РАЗУМ СЛИШКОМ ЗАИГРАЛСЯ КОГДА-ТО, — Рантаиваль повернулась к лорду Альену, и тот без робости встретил драконий взгляд. Шун-Ди впервые слышал, чтобы кто-то говорил о нём так непочтительно. — ПОВЕЛИТЕЛЬ ХАОСА.
Лорд Альен кивнул.
— Рад встрече. Но не припомню, чтобы мы были знакомы.
СО МНОЙ — НЕТ, ХОТЬ ТЫ И МОГ ВИДЕТЬ МЕНЯ В ХРАМЕ ТАУРИЛЛИАН. НО Я МНОГО СЛЫШАЛА О ТЕБЕ.
— Догадываюсь, — лорд Альен смотрел мимо Рантаиваль, на красного дракона. Он был ещё громаднее, но с удивительно изящной формой крыльев и лап — будто рубиновая статуэтка. Дракон — или тоже драконица?… — Андаивиль.
Красная драконица приоткрыла пасть, и оттуда посыпались мелкие огненные искры. Лис присвистнул и пробормотал (без упрёка, однако):
— На Паакьярне опасно играть с огнём. Многовато деревьев.
ОНА САМАЯ. ТА, ЧТО НОСИЛА ТЕБЯ В МОЛЧАЛИВЫЙ ГОРОД. И ЧТО ЖЕ, АЛЬЕН ТОУРИ, СТРАНСТВИЯ ПО МИРАМ УТОЛИЛИ ТВОЮ ЖАЖДУ? ИЛИ ТЫ ПО-ПРЕЖНЕМУ ИГРАЕШЬ И ИЩЕШЬ, САМ НЕ ЗНАЯ ЧЕГО?
Молчаливый город. Город мёртвых. Значит, он действительно был там — зашёл и вышел, прикоснувшись к недозволенному. Какой больной ненасытный ум мог пожелать этого — а тем более, осуществить? Шун-Ди и раньше пробирал холод от присутствия лорда Альена, а теперь и вовсе захотелось оказаться где-нибудь очень далеко… Точнее, захотелось бы, не будь здесь драконов.
И Лиса.
Уна тревожно напряглась, но её отец только улыбнулся краешком губ.
— Боюсь, это проклятье всех бескрылых, о Андаивиль. Что привело вас сюда?
Красная драконица фыркнула, обходя Рантаиваль и Инея; под её шагами проминалась земля холма. Те двое урчали о чём-то, прижавшись друг к другу боками и, казалось, напрочь позабыв об окружающих — ни дать ни взять кошка с котёнком в сверкающей чешуе. Иней жалобно рыкнул, пытаясь приподнять перевязанное крыло, и Рантаиваль с нежностью коснулась его кончиком раздвоенного языка. Шун-Ди неловко себя чувствовал (ведь очутился среди тех, кто не даёт им побыть наедине), но знал, что может бесконечно смотреть на трепетную, хрупкую красоту их встречи — и не устать.
ТВОЙ ЗОВ, КОНЕЧНО. И НЕ ГОВОРИ, ЧТО МНЕ ПОМЕРЕЩИЛОСЬ. ТЕБЯ СЛЫШАЛИ ВСЕ СОРОДИЧИ РАНТАИВАЛЬ, А ГЕДИАР, — она посмотрела на третьего дракона — молодого, помельче, — который скромно ждал в стороне, сломав при снижении всего одну юную сосенку, — ДАЖЕ ОТКЛИКНУЛСЯ. СТРАННЫЙ ВОПРОС, АЛЬЕН ТОУРИ: ТЫ ЧТО, НЕ ХОТЕЛ МЕНЯ ВИДЕТЬ?
В её возмущении было что-то очень женское. Лис тихо засмеялся. Мысли Андаивиль гремели и в нём тоже — видимо, она не собиралась держать беседу в секрете. Несчастный лорд Ривэн, ни слова не понимая в этом мелодичном рёве, тёр уши и морщился.
— Конечно, хотел, — серьёзно заверил лорд Альен. — Но, честно говоря, не рассчитывал на отклик. И не думал, что ты…
ВЫЖИЛА? — кончик красного хвоста хлыстом ударил по земле, потрепав ворох папоротника. — НЕ ДУМАЛ, ЧТО Я СМОГЛА ОСТАТЬСЯ В ОБЕТОВАННОМ, А НЕ ПОСЛЕДОВАТЬ ЗА ТАУРИЛЛИАН ПОСЛЕ ТОГО, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?
Он помолчал, будто оценивая свои силы, а потом шагнул ей навстречу. Рука Уны испуганно метнулась к зеркалу — но в этом явно не было нужды.
— Да. Не думал. Но теперь понимаю, что заблуждался, — лорд Альен снял перчатку и положил ладонь на лапу драконицы — на маленькие чешуйки возле сустава. Андаивиль вздрогнула, но не отстранилась. — Тебе под силу и не такое, Тишайшая В Полёте. Прости, если заставил тебя страдать.
Послышался гневный гортанный рык.
ЗАСТАВИЛ. УЗЫ, СВЯЗАВШИЕ МЕНЯ С ТАУРИЛЛИАН, ОКАЗАЛИСЬ ТЕСНЕЕ, ЧЕМ Я НАДЕЯЛАСЬ… — зрачки-щели в жёлтых глазах сузились; в переливчатой мощи драконьего голоса зазвучала скорбь. — МЕНЯ ПОЧТИ ВЫТЯНУЛО ОТСЮДА ВСЛЕД ЗА НИМИ, НО ЦЕНОЙ ЖЕРТВЫ МНЕ УДАЛОСЬ СПАСТИСЬ. БОЛЬШОЙ ЖЕРТВЫ, СМЕРТНЫЙ. ТЕПЕРЬ Я НЕ МОГУ ОТКЛАДЫВАТЬ ЯЙЦА. ВПРЕДЬ Я НЕ ПРОДОЛЖУСЬ В ДЕТЯХ, И ИХ ПОЛЁТ НЕ БУДЕТ РАССЕКАТЬ НЕБЕСА, — Андаивиль с тоской оглянулась на Инея и Рантаиваль, но те были слишком поглощены друг другом, чтобы сочувствовать. — И ЭТО ТВОЯ ВИНА.
— Мне жаль, — тихо сказал он. В это даже хотелось верить — хотя кому, как не Повелителю Хаоса, быть мастером лжи?… — Я не нашёл другого способа спасти Обетованное.
СПАСТИ — ИЛИ ПЕРЕСТРОИТЬ ПО-СВОЕМУ? — Андаивиль вздохнула и подалась назад, чтобы по-кошачьи подвернуть лапы и улечься. — ТЫ ПО-ПРЕЖНЕМУ ДЕРЗОК И БЕЗРАССУДЕН.
— Не чересчур ли смело? — с недоброй усмешкой пробормотал Дуункур. Никто не обратил на него внимания.
— А ты по-прежнему сурова со мной, — беззлобно упрекнул лорд Альен.
