Именно так уничтожался семейный уклад, отточенный за сотни и сотни лет украинской культуры. Именно в 1930-тых годах в УССР массово начали создаваться ясли и детские сады, чтобы детей уже больше не воспитывали дома. В 1932 году этих детей не стало чем кормить, ясли и детские сады закрыли. Голодомор 1932-1933 гнал родителей в поисках хлеба из села в город, оставляя полуживых малышей одних дома, где они и становились жертвами обезумевших от голода соседей и даже близких родственников. В 1932-1933 годах людоедство в агонизирующих, окруженных отрядами НКВД селах Украины, распространялось ужасающими темпами.
Рождение, свадьба и похороны – три основоположных составляющие жизни украинского села были тоже чудовищно изменены. Исчезло то, что называлось обрядами. Крещение новорожденных было запрещено. Люди проходили десятки километров в поисках оставшихся священников, которые, переодевшись в простую одежду, приходил и крестил детей ночью, при закрытых дверях и окнах. Если сельская администрация узнавала о крещении ребенка, – семью выгоняли из колхоза, а это, при полностью отобранной земле, скотине и инвентаре, означало верную смерть.
До Голодомора свадьбы в украинском селе гуляли по семь дней, со множеством ритуалов, обрядов и обычаев. После Голодомора исчезла почти вся фольклорная составляющая жизни села. Исчез обычай приданого – так называемого «посага»: до замужества украинка уже с 9-10 лет начинала шить себе, своему будущему мужу и детям сорочки, рушники, скатерти, и юбки, и все, что только могло понадобиться. Кроме этого, родители невесты передавали еще в подарок молодым много другого добра. После Голодомора этот обычай просто исчез, – на столько обеднело украинское село, что нечем стало даже выдавать приданое.
Большевики и сельсоветы начали активно внедрять новую «традицию» свадебных гуляний, – вместо обрядов и неповторимых украинских народных песен, – гармошка, танцы под патефонные советские марши и много водки. Нечего даже и говорить, о том, что до свадьбы ни у молодого жениха, ни у невесты не было никаких интимных отношений. Сельская молодежь была здоровой физически и духовно, и никакие «теории стакана воды», которые пользовались такой бешеной популярностью в советской России, не могли иметь места в Украине.
К смерти в селе всегда относились с пониманием, каким бы ни был человек при жизни, после смерти к покойнику всегда относились с уважением, – его обмывали, отпевали в церквях, и за душой усопшего еще долго читали молитвы.
Во время Голодомора у обессиливших людей не было ни сил, ни средств даже хоронить в гробах своих умерших. Людей хоронили в чем попало, – в сундуках, в ящиках… Священники и службы на кладбищах были запрещены. Именно после 1933 года на похоронах появляется духовая музыка – омерзительные импровизированные оркестры, с толкающимися, пьяными музыкантами, вместо священника и тихой молитвы, – как верх кощунства даже над уже мертвыми украинцами.
В Голодомор со смертью было связано и выживание – за сбор трупов (довольно массовая тогда работа) платили такую норму в день – 300-500 граммов хлеба со жмыхом за, скажем, 12 умерших. Поэтому часто на подводы с мертвецами бросали еще живых, чтобы дотянуть до нормы. За это выживший получал возможность хоть как то отсрочить голодную смерть своей семьи и своих детей. Трудно судить их за это сегодня.
Были, конечно, и жестокие люди, потерявшие от голода последние человеческие чувства. Умерших и оставшихся лежать на улице, они зацепляли баграми, или крючьями, волокли к ближайшей яме и сваливали всех в общую могилу. Выжившие, особенно дети, никак не могли понять, что же происходит со всеми, почему раньше покойников провожали песнями и молитвами, стелили им дорогу на кладбище травами и цветами, а теперь тягают баграми и сбрасывают в ямы, как попало. Тогда этим детям было по 8-9 лет, с какой психикой они продолжали потом жить, и какое отношение к жизни формировалось у них под действием увиденного?
Все традиционные праздники советская власть объявила пережитками прошлого и суевериями, заменив их своими, советскими. В июне 1928 года ЦК КПУ, следуя распоряжениям из Москвы, принимает постановление о запрещении религиозных движений и введении антирелигиозной пропаганды. Именно тогда возник союз воинствующих безбожников, именно тогда по всей Украине начали взрывать тысячелетние церкви и храмы, бесценные духовные памятники украинского народа, построенные еще во времена Киевской Руси.
Церковь в селе обложили налогом. Украинцы собирались всеми силами, чтобы уплатить эти налоги. Когда же средства выкачивались до конца, деревянные церкви большевики разбирали, а каменные использовали как склады, или гаражи для техники. Сельсоветы фальсифицировали подписи людей, по которым якобы сами люди просили закрыть церкви – «очаги религиозного дурмана».
