Так что в комнату я шла в расстроенных чувствах, а вот когда открыла дверь, не знала даже, плакать или смеяться. Ни хрена себе последствия! Нашу комнату затопило. Кругом плавали вещи, одежда, все и две мокрых, злых девицы на кроватях, как на спасательных плотах.
— Э…
— Внимание, — послышался голос Джулс. — За нарушение статьи 41 общего кодекса правил: «порча вверенного имущества», студентка Эльвира Панина наказывается четырьмя днями отработки и минус двадцать баллов личного счета.
— Не, ну это нормально? Значит, им можно меня прыщами награждать, а мне нельзя потоп устроить? — возмутилась я.
Ответ не заставил себя ждать.
— За нарушение статьи 18 общего кодекса студентов — «использование вредящих здоровью зелий на студенте первокурснике» студентка Венера Дерин и Варвара Ступина были наказаны тремя днями отработки и минус десять баллов из личного счета еще утром.
— Ах, вот откуда у тебя минус появился, — ухмыльнулась я и плюхнулась на кровать, но тут же вскочила. Даже моя кровать промокла насквозь, хорошо я предварительно все важные вещи в чемодан убрала и на шкаф водрузила. С большим трудом, между прочим.
Но мне этих двадцать баллов ни капельки не жаль. Зато утерла нос пираньям, поселившимся в моей комнате. И как утерла! Ух! Настроение из ужасного перебралось в разряд сносного. Девицы огребли по полной, и мне их совсем не жаль. А вот то, что нам придется убирать весь этот ужас… дааа. Я как-то об этом не подумала.
— Ну что? Перемирие?
— Я тебя убью, гадина, — прошипела вампирша.
— Тогда рискуешь утром проснуться лысой.
— Ты тоже рискуешь.
— Вот я и предлагаю, перемирие. Хотя бы здесь. И вообще, мне тоже есть за что обижаться. Ты, — я ткнула пальцем в Варю, — чуть не сдала меня инквизиторам, а изображаешь оскорбленную невинность. Представь, ты побывала там один раз в комнате для допросов, а я просидела три ночи. Три ночи в аду. Поверь, ваши фокусы — детский лепет по сравнению с тем, что мне пришлось пережить там. А ты. Это не я увела у тебя парня. Это ты у меня его увела. И это я тебя ненавижу, потому что ты сейчас с ним, а я даже смотреть на это не могу. Стерва! Нашлись тут.
Я бросилась в ванную за тряпкой. Надо стереть чертовы руны, и снять заклинание, привязанное к вазе с подоконника, пока нас совсем не затопило, а заодно успокоиться. Совсем измотал меня этот жуткий первый учебный день.
Следующие полчаса я собирала воду и выжимала одежду. Как-то незаметно мне стала помогать светлая, а потом и вампирша присоединилась. Так, дело пошло гораздо быстрее. Высушив пол, мы принялись сушить кровати. Но здесь Варя постаралась. Оказалось, она воздушник, в смысле воздух ей подчиняется. Сушка выкачала из нее половину сил, зато мы улеглись спать в сухие кровати.
— Ты его любишь? — спросила вампирша, когда я уже почти спала.
Я открыла глаза. Долго пялилась в потолок, не зная, что ответить.
Очень. Я очень его люблю, больше чем кого-либо, и уж точно больше Егора. Просто не понимала раньше, ничего не понимала. Думала, он всегда будет со мной, думала… да что говорить, я даже не видела его толком раньше. Кто он был для меня? Репетитор, замена Егору, жилетка, в которую можно поплакать? А теперь… когда он ушел, когда появились эти воспоминания, я поняла, что он заслуживает большего. Он заслуживает большой, бесконечной любви, которой я ему не дала, а теперь… моя любовь ему не нужна. И поделом. Так что да, я его очень люблю. Такого, как есть, настоящего. Страшного и нежного, жестокого и сильного, способного презирать и любить, обжигать гневом и ласкать поцелуями. Только целует он уже не меня, а тебя гадкая, клыкастая стерва.
— Надеюсь, ты сделаешь его счастливым, — прошептала я в полной темноте.
— Ладно. Перемирие, — выплюнула вампирша, а я беззвучно заплакала. Сама виновата, потеряла любовь всей жизни, потому что вовремя не смогла разобраться со своими глупыми чувствами.
Ночь и сон, пришедший вслед за ней, стали эхом, отсветом моих собственных мыслей.
Я видела девушку, размытый образ, который никак не хотел собираться в картинку. Она расплывалась, как дым, но голос был очень запоминающимся, певучим, мелодичным, очень нежным.
— Меня зовут Кира. И я не причиню тебя вреда. Я понимаю, все это слишком непонятно. Представляю, какой хаос сейчас царит в твоей голове. Я попробую объяснить. Вчера, в клубе, на тебя напал вампир.
Мы стояли в ванной, и эта девушка-полувидение пыталась мне все рассказать. Она это делала так мягко и уверенно, что я успокоилась и сразу ей поверила. Ей нельзя было не верить.
— Он укусил тебя. И все бы ничего, но каким-то образом его кровь попала в твой организм.
— Я прокусила его губу, когда он… пытался… — я всхлипнула, но девушка провела по моим волосам своими прохладными пальцами, и страх вместе с болью растворились, словно их не было вовсе.
— Он что-то сказал тебе?
— Он… он сказал, что у меня необычная кровь, он назвал меня искрой.
— Искрой? — удивилась девушка, но в ее голосе было что-то еще, едва уловимое… страх. Страх за меня.
— Ты уверена? Ты точно уверена в этом? Послушай.
— Эля. Эльвира.
