— Давай уже спать, а то я начинаю понимать, почему тебя столько раз пытались убить, и знаешь, очень тянет к ним присоединиться. Какая же она язва — эта Варька. Ей бы не светлой, темной быть и пакости всякие обычным людям устраивать.
Венера вернулась в комнату через час после своего эффектного полета из окна, тихая, молчаливая, и даже не желающая перегрызть мне горло. И утром, пока собирались, ни слова не сказала. Хотя нет… сказала. Неприлично выругалась, когда увидела нашу форму первокурсников. И впервые за все время нашего знакомства я была с ней солидарна. И все бы ничего, юбка до колен, рубашка, жилет со множеством карманов и обязательно приталенный пиджак, но цвет просто убийственный. Оранжевый, представляете? Юбка, штаны, рубашка, даже гольфы, которые лично я надену только под дулом пистолета, один пиджак порадовал, поначалу. Пока я его не примерила. Сам вид может и ничего, но этот ярко оранжевый воротник.
— Да они издеваются! Я не надену это убожество.
— Еще как наденешь, если не хочешь драить кухню весь ближайший месяц, — хмыкнула Варя, одевая свою темно-синюю форму.
— За что?
— За нарушение правил.
— И долго мы так будем ходить? — спросила уже я.
— Радуйтесь, что вам белая не досталась. Только в прошлом году отменили, в виду того, что очень быстро она превращалась в жалкое, заляпанное всякой дрянью, рубище, — хмыкнула светлая и первой покинула комнату, заплетая по пути косу.
— Ненавижу эту школу, — простонала вампирша и начала снимать свою жутко дорогую шелковую комбинацию.
А я не могла не заметить несколько свежих царапин на ее предплечье и боку. И стало стыдно немного. Ведь это из-за меня она вылетела вчера в окно.
— Прости, я не хотела.
— Мне не нужны твои извинения, — жестко прервала она.
— И все равно, мне очень жаль. Я не хотела причинить боль.
— Думаешь, какое-то окно могло меня ранить? А это… дело рук одного урода, которого я самолично придушу, если когда-нибудь мне повезет его встретить.
— Поэтому ты кричишь по ночам?
— Это не твое дело! — рявкнула она, а я отступила. В конце концов она права, это действительно не мое дело.
Мы почти одновременно вышли из комнаты в жутких оранжевых костюмах, и тут же поспешили разбежаться. Одно дело вынужденное соседство, но совсем другое — общение. Чем его меньше, тем лучше.
Первой парой у нас была как раз та самая история магии, причем сдвоенная со всем курсом. На занятиях я почему-то нервничала и старалась не замечать настойчивого взгляда Егора на втором ряду. В этом здорово помогала Катя, ровно до того момента, как я выяснила, что моя группа всем составом не написала доклад.
— Да вы издеваетесь, — всплеснула руками я. — Мне Себастиан вчера три часа по ушам ездил за наш прокол на первом уроке. Этого мне еще не хватало.
— Да ладно, Эль, не парься, он же регистратор, — хмыкнул светлый мальчик из моей группы Антон, кажется. Блин, надо срочно изучить имена всех однокурсников, а лучше вообще на их личные дела глянуть, во избежание, так сказать, инцидентов. А вот его намек я не поняла.
— И что? Это повод не делать домашку?
— Вообще-то да. Он регистратор.
Опять это слово. Да что ж они зациклились-то на нем все?
— Не понимаю, что за снобизм? Регистраторы, что не люди?
— Вот именно, что люди. Только люди, — пояснил Эрик.
Ну, да, куда ж без него.
— Мои родители люди, и я не считаю себя выше их, — все еще не понимая сути проблемы, проговорила я.
— Преяры нам не ровня, — заносчиво ответил Эрик.
Я повернулась к нему, совершенно недоумевая. А как же Крис и ее обыкновенные родители?
— Не ожидала от тебя, — проговорила я, а он отчего-то смутился и поспешил отвернуться.
— Эль, перестань психовать, не спросит он никого из нас, тут рассказчиков вполне хватает, — поспешил разрядить обстановку Егор, но мне бы его спокойствие. А я знаю, что по закону подлости препод прицепится именно к моей группе. Считайте это предчувствием. Поэтому мне срочно нужен план. Если спросят кого-то из моих, придется вызваться вместо них, а я свой доклад даже не прочитала толком. Ох, чует мое сердце, закончится этот урок полной катастрофой, при чем для меня. Этим-то что? Как с гуся вода, а с меня Себастиан три шкуры сдерет.
А потом я подумала, а чего это собственно, я одна отдуваться должна. Поэтому встала, пока учитель не появился, и обратилась ко всей группе:
— Чтобы больше такого не было, вам ясно? Как бы вы ко мне не относились, как бы вы не относились к преподу, но если еще раз вы не сделаете домашку, если еще раз услышу что-то плохое о регистраторах, я не постесняюсь и до ректора дойду. С ней будете объясняться.
Не знаю, то ли моя речь их так впечатлила, то ли то, что пришел учитель, но мои идиоты притихли и расселись по местам. А дальше начался ад. Потому что наш харизматичный учитель все просек и первой вызвал Алию, девочку из моей группы.
Пришлось выручать.
— Учитель, простите, а можно я первая представлю свой доклад?
— Почему вы? — спросил учитель, а в глазах усмешка и понимание почему.
— Я староста, и как староста должна идти первая.
