Павел опустил телефон на паркет и накрылся с головой шерстяным пледом. В памяти всплывали воспоминания, голоса, обрывки мыслей. Завтра я его убью. Бабушка в Чебоксарах. Обида. Его все ненавидели, такой высокомерный. Гоша — особый, вы не понимаете, он может быть опасен. Гейская тусовка. Меркулов сегодня утром нашёл тело. Давай левой рукой? Месть. Я убью вас. Мне нужно срочно с тобой поговорить! Светлый наивный мальчик. Его многие любили. Ревность. Опять его ждёшь? Бедная бабушка. Пидорский скандал. Павел закрыл лицо руками, разминая переносицу. Он знал, какие условия в городских изоляторах временного содержания. Он бы отдал всё, что у него есть, чтобы забрать Гошу оттуда немедленно. Даже если Гоша убийца. Даже если Гоша Джордж-потрошитель. Павлу невыносимо было представлять его в грязной камере, на вшивых нарах под светом тусклой сорокаваттной лампочки, забранной в круглую решётку. Какие сокамерники попадутся Гоше или, вернее, каких сокамерников подберёт ему следователь — Павел боялся об этом думать.
7. Баранов как барашек
После бессонной ночи Павел поехал к Екатерине Николаевне. Он ожидал увидеть седую старушку в слезах, но дверь открыла высокая и статная женщина с седыми кудрями, торчавшими в разные стороны. Она несколько секунд пристально всматривалась в его лицо, прежде чем широко распахнуть дверь. Павел прошёл в знакомую прихожую и представился:
— Меня зовут Павел Овчинников.
— Екатерина Николаевна Баранова. Вы ведь не из органов, я права?
— Вы правы. Я друг Георгия.
— Друг, значит. Хотите кофе?
Они неловко молчали, пока в кофеварке громко булькала вода, но когда Екатерина Николаевна поставила перед Павлом чашку кофе и вазочку с печеньем, он сказал:
— Я хочу помочь Георгию. Я уже взял адвоката, и мы приложим все усилия, чтобы добиться освобождения и выяснить, что инкриминируют...
— А вы немного похожи на того принца, вы знаете? Только моложе, разумеется.
— Он говорил.
Павел отхлебнул кофе, не зная, как попросить женщину, чей единственный внук попал в тюрьму по подозрению в убийстве, рассказать о неприятных событиях в прошлом их семьи. Решил, что лучше всего действовать напрямую:
— Екатерина Николаевна, осенью я имел разговор с Ириной Геннадьевной, мамой Гоши. Она сказала, что в детстве он совершил какой-то проступок, после чего его отправили на два года в санаторно-лесную школу. А когда Гоша вернулся, то его поселили у вас, потому что он опасен для других. Это её выражения. Мне нужно узнать подробнее о том, что произошло.
— Скажите, вы любите Гошу?
Павел промокнул губы красной бумажной салфеткой с весёлыми Дедами Морозами и Снегурочками, размышляя над непростым вопросом. Ответил максимально честно:
— Я женат и связан многочисленными обязательствами. Любовь — это не та категория, которой я руководствуюсь в своей жизни, понимаете? Но Гоша мне очень дорог, и я сделаю всё возможное, чтобы ему помочь. Если в его прошлом есть моменты, когда он причинил вред другим людям, я должен узнать об этом, чтобы рассказать адвокату и правильно выстроить линию защиты. И я должен узнать об этом раньше, чем узнают следователи — а они узнают, будьте уверены.
— Что ж, Павел, я ценю вашу честность, — Екатерина Николаевна положила крупные ухоженные руки на стол и начала сворачивать салфетку в тугую трубочку. — Мой сын Костя развёлся с Ириной, когда Гошка маленьким был. Надо признаться, это был некрасивый развод, Ирина потом не разрешала нам видеться с ребёнком. Мы редко встречались. А после того, как сын уехал на ПМЖ за границу, Ирина вообще запретила мне общаться с Гошей. Когда ему было десять лет, она вышла замуж второй раз — за очень молодого парня. Ему двадцать два года, что ли, было, а ей — далеко за тридцать. У них быстро ребёнок родился. А Гоша подрос, и у него начали появляться... неправильные желания. Сначала он увидел на каком-то детском празднике принца. Тот им подарил норвежские флажки и значки, и Гоша просто голову потерял. Возможно, вы понимаете, как мальчик в двенадцать лет может влюбиться в кумира, особенно, если рос без отца. А потом этот молодой Иринин муж...
Екатерина Николаевна разволновалась и встала, чтобы налить себе стакан воды. Потом уселась обратно, выпила залпом воду и продолжила спокойно и буднично:
