Газировки? Я вишнёвую люблю. Есть вишнёвая? Пузырьки, колючие пузырьки содовой и аромат вишнёвого сиропа. Как же тут здорово! Какие огромные деревья – Нина такие впервые видит. Нина впервые видит настоящий сад. Она, конечно, читала про вишнёвый сад у Чехова, но он ей представлялся чем-то унылым где-то в средней полосе России. Да к чёрту вишнёвый сад с этой дурой Раневской! Мещаночка романтическая. К чёрту Лопахина с его топором! И Варьку, идиотку гордую, туда же. Варенья вишнёвые, видите ли. Салфеточки кружевные, лафитнички, рюмашки узорчатые. Какое гадкое всё. Мелкобуржуазное и пошлое. Кстати, Чехову-то оно, наверное, таким и казалось. Это потом всякие недобитые учительницы литературы начали сожалеть о прекрасных вишнёвых садах. Нине больше нравится газировка. С вишнёвым сиропом.
– Девушка, подскажите, как пройти к фонтану?
– Извините, не подскажу, я здесь случайно – мы просто гуляли. Из Самарканда приехали.
– Вы? Мы здесь совсем недавно, скучновато. Съездили на экскурсию. Прошлись по окрестностям, а что остальные семнадцать дней делать? Танцы скучные, культмассовый сектор до сих пор ничего, кроме бега в мешках, придумать не может.
– Можно в Самарканд съездить.
– Да были мы в Самарканде. По жаре совершенно невозможно долго гулять.
Перед Ниной стояла совсем молодая девушка. Больше всего Нину поразили голубые лаковые туфельки с атласным бантом и каблуком-рюмкой. Волосы у девушки были светлые, аккуратно уложенные – два скрученных валиками локона, симметрично расположенных по бокам, идеально ровный пробор. Лицо у новой знакомой было, как у киноартистки с открытки – чёрные брови, чёрные ресницы и идеальной формы красные губки. Никогда Нине такой не быть.
Через несколько секунд появился мужчина, он был лет на пятнадцать старше девушки, зачёсанные назад волосы плохо скрывали лысину.
– Девчата, беседуете?
– Да, котик! Это моя новая знакомая, её зовут… Как вас зовут?
– Нина.
– Очень приятно. Меня – Галя. А это Серёжа. Будем знакомы! Серёжа, как здорово, что я встретила Нину. Нина, а пойдёмте к нам в гости? У нас в номере есть арбуз. Арбузы здесь просто невероятные!
Не дождавшись ответа, Галя резко повернулась на каблучках-рюмочках и зашелестела светло-зеленым платьем в сторону санатория. Сергей, молчаливо согласный со всем, что предлагала Галя (в отпуске можно не задумываться о всяких глупостях вроде споров с молодой пассией о порядке времяпрепровождения), поражая Нину идеально ровно спиной, спокойно проследовал за женщиной. Нина решила не отказываться. А что? Арбуз.
28
Вдовец и вдова
– Ниночка, а вы чем занимаетесь? Ну когда не гуляете по восточным городам и их предместьям?
– Я поступаю. В сельхоз. А вы?
– Серёжа – геолог. Он ищет алмазы. И разные другие красивые камни. Да, дорогой? Может быть, сам расскажешь нашей гостье? У тебя это всегда, совершенно всегда, выходит занятно!
– Нина, я работаю с алмазами в основном, но это не те алмазы, которые в галантерее продаются, и не те, которыми режут стекло.
Нина заинтересованно смотрит на Серёжу. Галя в это время вытаскивает из-под кровати огромный арбуз.
– Котик, порежь, пожалуйста!
Серёжа берёт нож и взрезает арбуз.
– Мы ищем особенные алмазы. Они не такие прочные, как те, которые обычно представляют при слове «алмаз». Мир изящных полиморфов. Дело в том, что алмаз бывает и хрупким. Они очень разные, эти алмазы. Нам нужны с определённым до тысячной показателем преломления. Чтобы дисперсия правильная была. И есть подозрение, что найдём.
– Интересно, правда?
Галя преисполнена гордостью. Ей кажется, что Серёжа почти с другой планеты. Дисперсия! Как же скучно дома с мужем, а тут – и преломление, и алмазы, и сады эмирские! Женщина трогает себя за шею, не выбились ли волосы из прически?
– Очень.
Нине и правда интересно.
– Девчата, давайте арбуз есть? Галя, это тебе. Ниночка, это вам.
Марк от арбуза отказался. Аллергия у меня на арбузы. Спасибо.
– Галя, а вы кем работаете?
– Я медик.
– Врач?
– Нет, медсестра, но я пойду на врача учиться. Хочу быть педиатром. Очень детей люблю, - сказала Галя, бросив быстрый взгляд на Серёжу.
Давайте я схожу за вином? Хорошо сидим, товарищи! Тут до магазина минут десять. Я мигом.
Спасибо, Марк! О, ты так быстро? Нет, Марк, я вино не буду, Гале и Серёже налей, вы же не против, если мы вас угостим? Спасибо за гостеприимство! За встречу!
29
На тюрьме
Нина проснулась в семь вечера. Жара сморила. А ребята пока спят. Марка только нет, наверное, погулять пошел. Или за сигаретами.
– Галя, Серёжа! Я пойду, наверное, тут автобусы плохо ходят, надо возвращаться. Галя! Галя?
А у Гали глаза открытые. Не спит Галя. Сидит в кресле и не спит. И не отвечает. И у Серёжи открытые. Не двигаются.
– Хватит разыгрывать меня!
Нина уже сама не верит, что ее разыгрывают. Но пытается разбудить Галю и Серёжу. Нина прикасается указательным пальцем к губам женщины. Они не мягкие. Она думала, что губы будут мягкими. На пальце остается красная помада.
На столе стоит огромная тарелка с арбузом. В пепельнице пара окурков. Это Марка. Больше никто не курил.
