— Мия Джетт? — объявил темнокожий мужчина из круга, отвлекая мое внимание от пианино. Я не знала, что он был консультантом. С его юными чертами лица он легко мог бы сойти за одного из студентов. На нем не было ни единой морщинки или несовершенства.
Я кивнула, и он продолжил:
— Пожалуйста, представься.
— Похоже, Вы только что сделали это за меня. Почему бы Вам не назвать мне свое имя? — Все в кругу начали шевелиться, как будто я перешагнула невидимую черту.
— Ты можешь называть меня Арти, — сказал консультант, мой комментарий ничуть его не удивил. — Расскажи нам, почему ты здесь. Уверяю тебя, здесь безопасная среда, — на коленях у него не было ни блокнота, ни ручки. Арти хотел только слушать.
Зеленые глаза Олли уставились на меня, когда он уперся локтями в колени. Я не разговаривала ни с ним, ни с кем-либо из них после инцидента с Бриа. Пытаясь встретиться с ним взглядом, я спросила себя, осталась ли в его глазах подавленность. Олли должен был знать, что с ним случилось. Даже я всегда помнила о таком, как бы сильно не напивалась.
Правда я не могла вспомнить, что заставило меня стать такой бесчувственной.
Ирония жизни.
Олли отвел от меня взгляд. Он прекрасно все помнил, но видимо хотел, чтобы забыла я.
— Я пыталась покончить с собой, — у меня вырвался тихий смешок, — уже пару раз. Не потому, что я ненавижу себя или свою жизнь, а потому, что не могу ненавидеть. На самом деле, я вообще ничего не чувствую. — Олли поерзал на стуле, прежде чем поднести пальцы к подбородку, поэтому я продолжила: — Я подумала, что, может быть, в последний момент я смогу включить мысленный переключатель и позаботиться о том, чтобы остановить себя, но этого так и не произошло. Оба раза меня находил мой отец, и, если бы он не решил вернуться пораньше, меня бы здесь не было.
Мое внимание было сосредоточено на Олли, когда я выложила всю правду.
— Я не способна чувствовать или проявлять эмоции — вообще. Доктор Конвей перечислила несколько расстройств, которые на данный момент я не смогу вспомнить, но в целом, меня вполне можно считать мертвой. Я неизлечима и безнадежна.
В комнате стало тихо.
— Спасибо, Мия, — сказал Арти, возвращая меня обратно в эту комнату.
— Она несерьёзно. — Олли недоверчиво рассмеялся и повернул голову в сторону Арти. — И вы купились на эту чушь, да?
— Безопасная среда, Оливер, — настоял Арти, подчеркивая это. — У Мии, — он указал на меня, — нет связи с эмоциями, и если она не сможет преодолеть свои барьеры, вероятно, наступит время, когда уже будет слишком поздно.
Олли снова повернулся ко мне. Он прищурился, словно пытался проникнуть сквозь ложь, и добраться до правды. Но она уже была ним, он просто не смог ее принять. Он дёргал коленом, но я оставалась спокойной, хотя и не могла понять, почему это произвело на него такое физическое влияние.
Бриа рассмеялась.
— Итак, позвольте мне прояснить ситуацию. Она здесь, потому что ей наплевать на других людей? Не похоже, что так было в ту ночь…
Попытки защитить себя словами, могли бы привести ко многому, ведь рот был создан не для того, чтобы использовать его как оружие, и не все сражения приводили к битвам. Но я не собиралась позволять её словам засесть в головах других людей — в голове Олли.
Откинувшись на спинку стула, я скрестила руки на груди и поменялась с ней ролями.
— Хватит обо мне, Арти. Почему бы мне не узнать больше об этой группе? Давай начнем с Бриа.
Бриа одновременно скрестила ноги и руки, подражая моим действиям, «вытаскивая меч», готовясь к битве. После одобрительного кивка Арти, ее раздражающий голос эхом отозвался в темной комнате.
— Что ты хочешь знать?
— Подожди, дай угадаю, — я поднесла два пальца к подбородку. — Драки в школе, мелкие кражи, ты попала под влияние плохой компании… Тебе нравится угождать людям. Ты просто не знаешь, как сказать «нет» или принять «нет» за ответ.
— Именно! — выпалил Джейк и хлопнул в ладоши. Арти поднял ладонь, чтобы успокоить гудящую от моего комментария комнату. — Я же говорил тебе, что у нее есть кое-какие таланты, — прошептал Джейк Олли, толкая его в руку.
— Ты ни хрена не знаешь! — Бриа встала, ее бледные и тонкие черты лица покраснели, когда она указала на меня пальцем. Я сидела с ухмылкой, наблюдая, как ее внешность преображается у меня на глазах.
— Хорошо, давайте успокоимся, — сказал Арти, подняв обе руки в воздух, его успокаивающий баритон был громче, чем болтовня среди группы. Бриа в конце концов послушалась, прежде чем Арти продолжил: — Айзек, ты молчалив сегодня. Почему бы тебе не рассказать нам, что только что произошло?
