Теперь путешественникам стало еще хуже, чем до встречи с эскимосами. Так много надежд возлагали они на эту встречу. Помощи ждать больше было неоткуда. Эскимосы, которых если они и встретят в устье реки Бака, могут оказаться не лучше этих. Всеми вновь овладели апатия и уныние, поход показался слишком долгим и бесцельным. Стоит ли продолжать его? И все же, с трудом волоча ноги, они медленно двинулись к югу. На мысе Хершель они нашли гурий, сложенный Симпсоном, но он оказался пустым. Это означало, что в этом районе их никто не ищет. Понимая всю бесполезность своих действий, они вложили в гурий записку, в которой рассказали о своих мытарствах. Такую же записку они оставили на мысе Виктори, и любой отряд, идущий с севера, мог ее найти. Если же поисковая партия идет с юга, они уже должны были бы встретить ее. Однако оставляя записку, они в какой-то мере обезопасили себя от всяких случайностей, и это их немного приободряло. Впереди лежали шестьдесят миль исследованного Симпсоном берега, а затем мыс Джемса Росса.
Теперь даже самая возможность встречи со спасательной экспедицией казалась им нереальной. Они понимали, что если это не произойдет в самое ближайшее время, то будет поздно. Можно, конечно, было рассчитывать на удачную охоту на материке, но до него ведь нужно добраться. Несколько успокаивала мысль, что они идут по уже исследованным землям. У них даже была карта этого района, по которой они могли отыскивать все, что видел когда-то Симпсон: острова, проливы, следы эскимосских поселений, места, где встречались карибу и мускусные быки. Сравнивая виденное с картой, они чувствовали себя не очень оторванными от всего мира.
Физическая слабость и отчаяние постепенно овладевали людьми. За мысом Хершель болезнь сразила впередсмотрящего с «Террора», он не мог успевать за другими. Отстав, он с трудом ковылял один по гребню каменистого холма, где идти было легче. Через некоторое время он присел на камень, чтобы отдохнуть; возможно, в какой-то, момент он почувствовал, что снова в состоянии идти, и приподнялся. Но потерял сознание и вскоре умер. Это была далеко не первая смерть, да и не последняя.
Пролив Симпсон люди пересекли в сапой узкой части, у Малеруалика, там, где обычно проходят карибу. Но ни одного оленя они не видели. У мыса Тулоч, возле западного входа в залив Дуглас, скончался и был похоронен еще один человек. Смерть стала постоянной гостьей в отряде. На Кикерктаке стояло лето, но даже теплую погоду люди не замечали.
Лед стал рыхлым, идти по нему становилось трудно. На небольшом острове у входа в залив Дуглас разбили лагерь. Здесь умерло еще семь человек. У реки Пеффер отряд набрел на место, где хорошо ловилась рыба. Но, к сожалению, и свежая рыба не могла спасти — цинга зашла слишком далеко, чтобы они могли излечиться сразу. Умерло еще два человека. Но на этот раз у живых хватило сил похоронить товарищей, как подобает добрым христианам, лицом вверх, со сложенными на груди руками. Еще восемь миль, и отряд вышел на мыс Джемса Росса. На этом мысе — узкой косе, вдающейся в пролив Симпсона, умер еще один человек, большой и высокий, еще одна жертва страшной болезни.
Покидая суда, люди мечтали о том дне, когда они будут на мысе Джемса Росса. Здесь Симпсон впервые ступил на Землю Короля Вильгельма и здесь, они надеялись, кончится трудная часть пути и начнется легкая. Теперь же, когда они достигли этого места, различные обстоятельства и их состояние сильно отличались от того, на что они надеялись. Из 105 человек только небольшая горсточка людей достигла этого мыса, от которого, по их плану, должно было начаться их успешное отступление на материк. Но мыс Джемса Росса стал просто еще одной стоянкой в их бесконечном путешествии.
Первой ступенью на пути к материку были теперь крохотные острова Тодд, расположенные совсем близко к мысу Джемса Росса. К ним и направился отряд. На Киуне (место, где можно умереть от холода) — самом большом из островов — отряд разбил лагерь. Отсюда был хорошо виден на юге низкий берег американского континента, расположенный всего в 12 милях. Это был мыс Огле, однако путешественники считали его мысом Ричардсон, так как на карте, которой они пользовались, все мысы, заливы и бухты были слегка сдвинуты к востоку. К физическим страданиям, к отчаянию прибавилось чувство растерянности: им казалось, что они сбились с пути.
На острове Киуна умерло пять человек. Оставшиеся в живых были слишком слабы, чтобы похоронить мертвецов — их оставили лежать на самом высоком месте острова. Здесь же на Киуне снова пересмотрели весь груз и бросили несколько банок мясных консервов.
