За интеллектуальным прогрессом, достигнутым в XVIII веке, в следующем столетии последовали реальные улучшения положения животных. Были приняты законы против бессмысленной жестокости по отношению к ним. В Великобритании начались первые битвы за права животных, и первоначальная реакция британского Парламента показала, что идеи Бентама не повлияли на его соотечественников.
Первым проектом закона против жестокости к животным, который был вынесен на рассмотрение, стало предложение запретить такой «вид спорта», как травля собаками привязанного быка. Оно поступило в Палату общин в 1800 году. Министр иностранных дел Джордж Каннинг назвал предложение нелепым и воскликнул: «Что может быть более невинным, чем травля быков, бокс и танцы?» Поскольку никаких попыток запретить бокс или танцы не предпринималось, этот проницательный государственный муж, по-видимому, упустил суть законопроекта: он счел его попыткой запретить сборища «черни», которые могли способствовать распутному поведению[373]. Это ошибочное допущение возникло потому, что в то время действия, причиняющие вред только животному, не считались подлежащими законодательному регулированию. Эту позицию разделяла и газета
В 1821 году Ричард Мартин, ирландский дворянин, землевладелец и член парламента от Голуэя, внес проект закона против жестокого обращения с лошадьми. Об атмосфере его обсуждения можно судить по следующему свидетельству:
Когда олдермен Ч. Смит предположил, что следует обеспечить защиту еще и ослам, раздались такие взрывы хохота, что репортеру
Это предложение тоже не прошло, но через год Мартину удалось провести закон, запрещающий «беспричинное» нанесение вреда некоторым домашним животным, «являющимся собственностью другого человека или группы людей». Впервые жестокое обращение с животными стало наказуемым деянием. Несмотря на былое веселье, в число защищаемых законом животных включили и ослов; а вот на собак и кошек этот закон не распространялся. Важно отметить, что Мартину пришлось так сформулировать законопроект, чтобы он выглядел мерой по защите частной собственности и был направлен на благо не самих животных, а их хозяев[375].
Предложение стало законом, но нужно было обеспечить его исполнение. Поскольку сами жертвы не могли составить жалобу, Мартин и ряд других видных гуманистов основали общество для сбора доказательств и подачи исков. Так появилась первая организация по защите прав животных, которая впоследствии стала Королевским обществом защиты животных от жестокого обращения.
Спустя несколько лет после появления этого первого, еще скромного законодательного запрета на жестокое обращение с животными Чарльз Дарвин записал в дневнике: «Человек в своем высокомерии считает себя величайшим творением, достойным статуса божества. Скромнее и, на мой взгляд, вернее было бы полагать, что он произошел от животных»[376]. Прошло еще 20 лет, и в 1859 году Дарвин решил, что собрал достаточно доказательств в поддержку своей теории, чтобы ее опубликовать. Но даже тогда в «Происхождении видов» Дарвин тщательно избегал рассуждений о том, в какой степени его теория эволюции одних видов из других применима к людям. Он лишь отмечал, что его работа прольет свет на «происхождение человека и его историю». В действительности к тому моменту у Дарвина уже было достаточно свидетельств, подтверждающих происхождение
