США, впрочем, заметно отстают от Европы и даже не пытаются решать эту проблему. Минимальный стандарт для хозяйств Европейского экономического сообщества – 450 квадратных сантиметров – соответствует 70 квадратным дюймам на одну курицу. В США Ассоциация производителей яиц рекомендует в качестве нормы 48 квадратных дюймов[201]. В реальности же на фермах птицам зачастую выделяется еще меньше места. На ферме Хэйнсуорта в Маунт-Моррисе (штат Нью-Йорк) в клетках размером 12 × 12 дюймов содержалось по четыре курицы. Таким образом, на долю каждой приходилось по 36 квадратных дюймов. Журналистка местного издания отмечала: «Многие держат в клетке по пять птиц, а у Хэйнсуорта кур больше, чем места»[202]. Правда в том, что, какими бы ни были официальные или неофициальные рекомендации, мы не узнаем, сколько кур производитель запирает в одной клетке, пока не поедем на птицефабрику и не посмотрим на происходящее своими глазами. В Австралии, где государственный Отраслевой свод правил рекомендует держать не более четырех кур в клетке размером 45 × 45 см, внезапный визит на одну из ферм штата Виктория в 1988 году позволил выяснить, что в одной из клеток такого размера содержалось семь кур, а во многих других – по пять и по шесть. Однако Министерство сельского хозяйства штата Виктория отказалось привлекать производителя к ответственности[203]. Если в такой клетке содержится семь птиц, у каждой имеется пространство всего лишь в 289 квадратных сантиметров. При такой плотности площадь размером с лист А4 занимают две курицы, буквально сидя друг у друга на голове.
В подобных условиях, характерных для современных яичных ферм в США, Великобритании и почти всех прочих цивилизованных странах, кроме Швейцарии, Нидерландов и Швеции, подавляются все естественные инстинкты птиц. Они не могут гулять, рыться в земле, купаться в пыли, вить гнезда, расправлять крылья. Они не становятся частью стаи. Они не могут разойтись друг с другом, а у слабых птиц нет возможности избежать нападений более сильных, уже обезумевших от пребывания в неблагоприятной среде. Чрезвычайная теснота создает условия, которые ученые называют «стрессовыми», – они подобны тем, в которых оказываются люди, находясь в огромной толпе, когда их свобода передвижения ограниченна и базовые потребности подавляются. Мы уже знаем, что у бройлеров такой стресс приводит к агрессивному клеванию и каннибализму. У несушек, содержащихся в тесноте в течение большего периода времени, техасский натуралист Рой Бедичек отмечал следующие признаки:
Я внимательно наблюдал за курами, выращиваемыми в таких условиях, и они показались мне несчастными. Куры, которых я видел в клеточных батареях, похоже, сходят с ума примерно к тому моменту, когда на воле они бы впервые отошли от матери и пустились в самостоятельную погоню за кузнечиком. Да, клеточные батареи и правда становятся настоящим сумасшедшим домом для кур[204].
Шум – еще один признак страданий. Куры, роющиеся в земле на воле, как правило, делают это молча и лишь иногда кудахчут. Куры в клетках, напротив, обычно очень шумные. Я уже цитировал журналистку, которая посетила молодок на ферме Хэйнсуорта и обнаружила там «кромешный ад». А вот слова той же журналистки об ангаре для несушек:
Птицы в ангаре для несушек пребывают в истерике. Даже после гвалта в помещении для молодок я не была к этому готова. Куры клекочут и кудахчут, сражаясь за место у автоматической кормушки или поилки. Вот так куры и проводят свою короткую жизнь, неустанно производя яйца[205].
Невозможность свить гнездо и отложить туда яйца – еще одна причина страданий кур. Конрад Лоренц описывает процесс откладывания ими яиц в клетке как самую страшную пытку:
