Вес «сомерсета» превосходил массу длинной 32-фунтовки в 2 раза – 6,5 тонн. Подобное орудие уже невозможно было установить на обычный станок тележечного типа, использовавшийся на кораблях с XV века, и для «сомерсетов» и других тяжелых пушек был разработан специальный станок. Он состоял из рамы, к которой жестко крепилось орудие и которая скользила на полозьях по специальной платформе. Платформа, в свою очередь, вращалась вокруг штыря, закрепленного в передней части платформы, в то время как ее задняя часть двигалась по окружности на специальных роликах, скользящих по рельсу.
Сила отдачи в этой конструкции гасилась при помощи трения между скользящей по платформе рамы со стволом и платформой, а также за счет специальных пружин. Лафет подобного типа был громоздок, тяжел, не допускал перемещения орудия от одного борта корабля к другому. Но, зато, обеспечивал широкие углы обстрела.
Почти одновременно с выпуском «сомерсетов» арсенал в Вулвиче произвел 15 орудий калибром 10,5 дюймов (267 мм). Два из них попытались сделать нарезными для стрельбы продолговатыми снарядами весом 136 кг, но дальше опытов с этими пушками дело не пошло. Остальные предназначались для стрельбы железными ядрами весом в 71 кг. При попытке испытать такую пушку зарядом пороха в 22,7 кг (50 фунтов), орудие разорвало. В итоге в качестве боевого был принят заряд в 16 кг – он сообщал ядру достаточную скорость для того, чтобы пробить 114 мм брони с 200 м.
5 таких пушек поступили на вооружение башенного броненосца «Ройал Соверейн», но при первой возможности их заменили на более мощные нарезные 9-дюймовые пушки.
А что же частный орудийный монстр «Армстронг»? Его инженеры разработали орудие калибром 330 мм (13 дюймов) и весом в 22,5 т. Их также пытались сделать нарезными для стрельбы снарядами весом в 272 кг, но не сумели. В результате эти монстры были испытаны стрельбой ядрами весом 132 кг, но показали настолько низкую меткость, что на вооружение приятны не были.
Удачнее шло дело с нарезными орудиями: казнозарядные 7-дюймовки по весу примерно соответствовали «сомерсетам» и использовались наравне с ними; однако вскоре на вооружение были приняты нарезные казнозарядные орудия калибром 8 дюймов, которые по своим характеристикам превосходили и первые, и вторые и изрядно потеснили 7-дюймовки и совершенно вытеснили «сомерсеты».
Отдельного разговора заслуживают орудия меньшего калибра. В 1864 г. на вооружение было принято 83 орудия Армстронга с клиновым затвором калибром 160 мм (6,3 дюйма). Такой необычный калибр был принят из того расчета, чтобы эта пушка, кроме штатного снаряда, могла использовать обычные 32-фунтовые ядра (их диаметр составлял 155 мм), которых в арсеналах Royal Navy хранилось немыслимое множество.
В следующем году суперинтендентант Королевских орудийных заводов м-р Фрезер доработал эту конструкцию, превратив ее в дульнозарядную и упростив форму нарезов. Теперь эта пушка относилась к классу «шунтовых» – вращение снаряду придавал вделанный в корпус перпендикулярно его оси шунт, который своими концами входил в нарезы ствола орудия.
Однако главное качество – возможность использовать 32-фунтовые ядра, сохранила и эта модификация. В качестве штатных же боеприпасов к этому орудия шли исключительно разрывные снаряды, предназначавшиеся для стрельбы по незащищенным целям: небронированным судам, легким полевым укреплениям и т.п.
В то время как на Миссисипи и ее притоках разыгрывались грандиозные баталии Гражданской войны в США, на юге американского материка развертывались более чем аналогичные события. Война Парагвая против коалиции Бразилии, Аргентины и Уругвая очень напоминала события на северном континенте.
Как и там, так и здесь формально более слабая сторона проявляла большую агрессивность и одерживала поначалу большие успехи. Как там, так и здесь артериями войны служили крупные реки: роль Миссисипи на южном континенте играла полноводная Парана, Парагвай и их притоки. И именно речное сражение имело решающее значение для хода войны: при всей кровопролитности противостояния коалиции и Парагвая и массе больших и мелких боев только битва при Риачуэлло вошла в анналы военной истории.
Вряд ли было оправданно рассматривать эту войну как империалистическую интервенцию трех крупных держав против маленькой свободолюбивой страны, избравший иной – некапиталистический и даже почти социалистический – путь развития. Чтобы понять произошедшее в 1864–1870 гг. в регионе Ла-Платы, придется довольно глубоко копнуть историю