Однако трибун Валерий не разделял таких пессимистических представлений о будущем брачных отношений в Риме. Катон говорит, что если закон отменят, мужчина не сможет управлять своей женой. «Ничего подобного, - отвечает Валерий, - пока муж женщины жив, она никогда не захочет потерять свою зависимость от него. Та свобода, которую они обретают, когда умирают их родители или когда они остаются вдовами, - это то, чего они больше всего на свете хотели бы избежать. Все, чего хотят женщины, это справедливости! Пусть они не расстраиваются по пустякам! Изящество, украшения и красота - это достоинства, которыми награждена женщина!»
Катон предостерегает: «Вы не раз слышали от меня сетования на расточительность женщин, на расточительность мужчин, не только простых граждан, а даже должностных лиц. Два порока враждебных один другому - скаредность и расточительность, подтачивают наше государство. Они, как чума, сгубили великие державы. Чем лучше и отраднее складывается судьба нашего государства, чем шире оно раздвигает свои пределы, а ведь мы уже в Греции и в Азии входим в обильные, полные соблазнов края, овладеваем сокровищами царей, тем страшнее мне становится! Может статься, что не богатства эти начнут служить нам, а мы станем прислуживать богатству!»
Не знаю, что было неприятнее выслушивать женщинам: откровенные нападки Катона или снисходительный тон выступлений Валерия? Катон проиграл: закон Оппия был отменен.
Двести лет спустя, историк Валерий Максим заметит, что мужчины, отменившие этот закон «не имели представления о степени расточительности, до которой доведет неудержимая женская страсть к новым модам, и о крайностях, до которых дойдет их бесстыдство после того, как однажды им удалось попрать законы».
Сам Катон говорил, что «предпочитает быть хорошим мужем, чем знаменитым сенатором». Образ жизни его был крайне прост, никаких трат на роскошь и комфорт не допускалось. В его доме не было ковров, стены остались неоштукатуренными. Обычный стол Катона отличался непритязательностью и умеренностью, только в случае появления гостей, допускались некоторые излишества. Катоном восхищались многие, но мало кто хотел ему подражать.
Кроме «Римской Истории» Катон написал руководство по медицине, праву и военному искусству, издал множество своих речей. До нас дошел только один его трактат «О земледелии». В нем автор дает массу советов по практическому ведению сельского хозяйства и наставления для домашних. При желании, наш современник может выписать из этого труда многочисленные кулинарные римские рецепты двухтысячелетней давности.
По мнению Плутарха, Катон был прекрасным отцом, хорошим супругом и рачительным хозяином. От брака с Порцией у Катона был сын, которого он самолично обучил грамоте, законам, гимнастическим упражнениям и воинскому искусству. Имея железное здоровье, Катон пережил свою жену. Второе сватовство Катона, описанное Плутархом, столь колоритно, что заслуживает отдельного упоминания, от которого картина римских нравов только выиграет.
Потеряв жену, Катон тайно встречается с молодой служанкой, дочерью своего писца Салония. Близкие недовольны этой связью. Никого не попрекая, Катон в окружении друзей направляется на форум. По пути он встречает Салония.
