Когда мы сидели за столом и пили чай, вдруг началась сильная стрельба с юга, судя по звукам, недалеко от станции. Кап-пель объяснил, что небольшие части красных проникли через линию фронта, но их местоположение было определено, и батальон колчаковцев их уничтожил.
Каппель настоял на том, чтобы я остался переночевать, чтобы не подвергаться опасности нападения красной кавалерии. После Каппеля я направился на восток, а затем повернул на север и добрался до Екатеринбурга. Именно там находился штаб, командующий нашими северными войсками. Я побывал в штабе командующего и получил информацию о количественном составе войска. Затем направился в отдел поставок за подобной информацией. Результат был обескураживающим. Цифры, данные в штабе, расходились с цифрами, полученными в отделе поставок, в несколько раз.
Это была первая половина июля, мы потерпели сильное поражение под Пермью, и войска вместе с обозами откатывались назад, на восток. Я потребовал от чиновников своего министерства в Екатеринбурге собирать информацию о поездах с амуницией и продовольствием, двигающихся вместе с отступающими войсками северной группировки, которой командовал Пепеляев, брат министра внутренних дел.
Поезд адмирала прибыл в Екатеринбург, я встретился с ним и отрапортовал ему о том, что я узнал, и о своих планах. На него произвели впечатление документы из нашего министерства, в которых была информация о численности войск и лошадей. Но в конце нашей встречи он погрустнел и сказал, что Сибирь не может производить достаточного количества зерна и материалов для амуниции. Было много продовольствия и одежды на складах в Уфе, но когда её оставляли, то всё это досталось красным. Колчак приказал отдать под суд тех, кто был ответственен за поставки, и суд дал им по четыре года тюрьмы за это.
Адмирал попросил меня знакомить его со всей информацией, которую мне удастся достать. Я предложил реорганизовать моё министерство так, чтобы его представители были в каждом войсковом подразделении. Ему понравилась эта идея, и он попросил меня провести этот вопрос через Совет министров. Это была его обычная позиция. По натуре он не был диктатором, он уважал мнения других и не контролировал жёстко работу министерств, доверяя тем, кто их возглавлял.
На следующий день мне принесли большой список того, что находилось на складах в Екатеринбурге. Среди прочих вещей находились десятки тысяч штук летнего обмундирования.
На следующий день у меня был посетитель - один из трёх начальников мобильных баз северной группировки, которой командовал генерал Пепеляев. Это был молодой офицер. Моё купе было в большом беспорядке: посреди него, прямо на полу стоял чайник, так как стол был завален бумагами. Я стал расспрашивать офицера об отступлении под Пермью, о том, как он в этом участвовал. Потом я попросил его дать мне информацию о количестве обмундирования на первое апреля, о его поставках в армию в течение трёх месяцев и о состоянии дел на первое июля. Улыбаясь, он сказал, что не может дать такой информации. Тогда я рассказал ему о своём разговоре с адмиралом, в котором тот упомянул об офицерах, отвечавших за снабжение войск и отданных под суд. И сказал, что буду обращаться к адмиралу с просьбой и его привлечь к суду. Тот сразу стал серьёзным, заговорил о том, что у него нет точной информации, но он может дать мне её не позднее завтрашнего утра. Когда эти сведения дошли до меня, то я не поверил своим глазам: на его базе были тонны мяса, муки, вагон чая, несколько вагонов гречи и так далее. Всего его база располагала четырьмя поездами продовольствия.
Такое отношение к своим обязанностям было распространено среди интендантов: они, скорее, были заинтересованы в оформлении бумаг, чем в обеспечении армии всем необходимым. Мне рассказывали, что когда в маленьких городках возникала опасность наступления красных, то интенданты старались передать провиант главе города, получить от него расписку и сбыть всё с рук. Делалось очень мало усилий, чтобы хоть как-то спасти имущество и продовольствие.
Адмирал очень расстроился, когда узнал обо всём этом. После этого он уже был полностью сторонником идеи поставлять всё для армии прямо через моё ведомство.
