Передернувшись от резанувшего ухо «кобыла», я неудачно переступила и вскрикнула. Ногу, раскаленным шилом, пронзила боль. Синеглазый лишь на секунду отвлекся, и все вокруг завертелось с быстротой ярмарочной карусели. Сарт бросился вперед и едва ли не снес ему голову первым же ударом. Спас клирика рыцарь из окружения, вовремя подставивший свой меч. Травник шарахнулся в сторону, плюхнулся на живот и судорожно замахал, завертел руками как перевернутый жук лапками. Я почувствовала, как вокруг звенит, сгущается воздух, и проскакивают на грани взгляда знакомые красные нити. В пентаграмме на полу сперва вспыхнуло пламя, потом оттуда пахнуло горячим ветром, а вслед заискривившись открылось черное окно телепорта.
– Бегите! – голос Сарта, прорвавшийся сквозь звон оружия вывел меня из оцепенения.
Грай, завопил:
-Давай! – подскочив, вцепился мне в руку и поволок к центру пентаграммы.
Я бездумно передвигала копытами, и все пыталась разглядеть окруженного рыцарями седовласого.
– А Сарт, Сарт как же?
За нашими спинами, вспухла желтым боком огненная призма. Завопив, я шарахнулась вперед, подпихнув травника в портал. Вспышка цветные круги перед глазами, секундная боль и все еще не переставая кричать, я плюхнулась коленями на мягкую луговую траву…
Над холмами гулял ветер. Изредка приминал широкой ладонью буйное разнотравье и волнами прохаживался по стелющемуся в низине полю. Не смотря на осень и пожелтевшие уже деревья, веяло все еще летним теплом.
– Грай – я остановилась и почти по-собачьи повела носом, – Чувствуешь? Пахнет чем-то таким… Особым.
– Морем, – спутник даже не обернулся, серьезно наметившись на штурм очередного холма.
– Давай хотя бы минутку передохнем, а?! – я тяжело опустилась на бок и, помахала в воздухе больной ногой, разминая, – Еще немного и ты меня волоком потащишь. Я не железная все-таки, я устала! Да и вообще, к какому Свию мы так спешим!?
– Ты права, – парень с тяжелым вздохом опустился рядом на траву, – Спешить уже некуда. Знаешь, даже странно как-то. Еще недавно ведь, все более-менее определено было. И всего-то делов, казалось, Зиновия в столице найти. А теперь что? Учитель сгинул, в Антару нам путь заказан. И даже Сарт.., – спутник отвернулся, пряча покрасневшие глаза.
Я шмыгнула носом. При мысли о седовласом, сердце сжималось в ноющий комок. Как он там, что с ним? Да и жив ли вообще?! На ум упорно лезла давешняя огненная призма. Вдруг его вместе с рыцарями…
-Грай, я давно спросить хотела?
-Уммм? – спутник засмотрелся на что-то в траве.
– Зачем ты ему? Клирику?
Парень замялся, густо покраснел и, пряча глаза, пробубнил:
– Он не доложил…
– Гра-а-ай? Ты хочешь сказать, что всё вместе пройденное, это еще не повод мне доверять, да? Я же не слепая. Я все вижу! Нет, ну сейчас-то понятно почему: мы ему чуть шею не свернули в той молебне. Да и то, слишком уж он упорствует в желании отомстить. Пол-Каврии за нами прошагать, не поленился! А до того? Чего он к тебе прицепился, словно репей к хвосту песьему?
– Спасибо за «хвост» конечно! – моментально вспылил парень, – нашла с чем сравнить!
– Грай!– рявкнула я раздраженно, – мы не о том сейчас!
Спутник выдохнул, успокаиваясь.
– Да я правда не знаю. Помнишь, рассказывал? Это он когда-то к нам в Залесье приезжал. Все пытался магика во мне распознать. Я и сбежал-то тогда к учителю, в Антару, скорее из-за него, чем от проблем селянских. Как чуял, что добром это не закончится. Сам немало удивился, когда по новой встретились.
– Не врешь, – я пытливо уставилась на парня.
– Не вру! – спутник достойно выдержал взгляд – Сарт, меж тем, тоже с ним знаком. Вон даже долги какие-то остались. Да видать серьезные, раз клирик его даже отпустить согласился!
– Угу… Согласился. Только не отпустил вот.
Я окончательно насупилась. Может, и в живых их уже никого не осталось…
Травник, словно прочитав невеселые мысли опустился рядом на колени и пытливо заглянув в глаза, сжал обеими руками мою ладонь.
– Он жив! Слышишь? Не мог он просто так умереть. Ну не мог!
– Надеюсь, что его Ветробог не оставит, – я шмыгнула носом, – Ведь не знал нас почти, а все равно вступился… И вообще, пошли уже! Разлеглись тут, – я тяжело поднялась, пряча за напускной грубостью навернувшиеся слезы.
Травник понимающе кивнул и двинулся следом.
Окрестные холмы, покрытые низкорослыми хвойниками и колючими разлапистыми кустами, становились все выше и непролазнее. Вездесущее комарье, гудело над головой с утроенным аппетитом, видимо стараясь налопаться от души перед смертью. Вот из-за чего каждый год жду первого заморозка, так из-за того, что бы извелась с ним вся эта жужжащая кусающаяся гнусь.
Спотыкаясь на ноющую ногу, я мысленно костерила Свия на все лады и проклинала свою незавидную долю. Тащимся ведь, ветра знают куда. Сверху насекомые грызут, снизу кусты царапают. На ногах появились длинные кровоточащие царапинки, и саднит от пота и укусов спина. Кажется по шкуре уже живность какая-то ползает. И до воды, незнамо куда и сколько идти. Пить хочется, да и помыться бы не мешало…
– Итка, смотри, горы!
