Кардиналы ведь были мышами. Эйнар выбирал тех, кто не имеет собственного голоса и не спутает планы, и такая четкая, слаженная работа казалась чуждой для них. Да черт с ней с работой даже, они выступили на его стороне и помогли!
– Мы верим душе Амадо, а раз вы оказались рядом с ним и хотите защитить его… – очкастый смущенно кашлянул.
– Вам надо уйти так, чтобы никто из дворцовых вас не заметил, – Алето взял прежний, более решительный и жесткий тон. – Хоть через окно вылезайте и прыгайте в толпу. Расскажите, что замыслил король. Ясно?
Алето выскочил из приемной и пошел уже медленнее, прислушиваясь к шуму за каждой из дверей: не стукнет ли испуганное сердце, не раздастся ли взволнованный голос. Но крики с улицы отвлекали – и почему людей до сих пор не разогнали? Неужели Альдо боялся, что это будет ему дорого стоить?
Первый ритм Алето услышал за створкой рядом с двойными дверями – это мог быть зал и боковая комната. Сердце звучало знакомо: достаточно спокойно и медленно, наверное, даже чуть медленнее, чем следовало. Он мог поспорить, что оно бьется с частотой ударов так пятьдесят – пятьдесят пять в минуту, и схожий ритм был у Ортеги.
Некромант распахнул дверь, не давая Эррано прислушаться и догадаться о присутствии гостя. Они одновременно подняли руки, и не произошло ничего. Пальцы были сжаты в одинаковых жестах: на правой – пытаясь сдавить сердце противника, на левой – защитить собственное.
– Пришел посмотреть, как я справляю нужду? – Эррано противно улыбнулся.
– Ты в таких местах это делаешь? А еще говорят, что крестьяне – свиньи.
От напряжения сводило кисти, а золотые нити так и дрожали, словно их дергал неумелый музыкант, но Алето сделал шаг к Ортеге. Жизнь научила тому, чего не рассказывают в светлых коридорах школы. Он справится.
– Что, продался? – Еще шаг вперед. – А я слышал, у тебя есть грустная история, как король лишил твою семью всего. Забыл уже?
– Как отнял, так и вернул, – Ортега улыбнулся.
– Шлюха ты продажная, Эррано.
– И что?
Алето расслабил левую ладонь, позволяя Ортеге сильнее сжать на сердце. На теле выступил пот, он почувствовал, как мало вокруг осталось воздуха, какая тяжесть давит на грудь, и оттянул ворот рубашки.
С трудом удерживая в голове мысль, Алето вытянул руки, будто пытался схватиться за нападавшего. Эррано с самодовольной улыбкой продолжал складывать пальцы в нужных жестах. Еще один шаг вперед. Боль отозвалась в затылке и челюсти. Последний шаг. Он прыгнул и ударил Эррано основанием ладони в нос. Маг отшатнулся, схватившись за лицо. Напряжение ослабло, сердце еще раз бешено скакнуло, а затем начало замедляться.
Такими были уроки Рицума. Но занятия с Альвардо тоже не прошли даром: он научил терпеть сердечную боль.
Спина и руки еще отдавали болью, и Алето схватил Эррано недостаточно сильно. Тот надавил локтями на предплечья некроманта, заставляя опустить их. Алето скользнул в сторону, отбил удар левой рукой и снова врезал ему кулаком по лицу, а затем схватил Ортегу за бело-красный сюртук и припечатал к стене.
Сделав глубокий вдох, он уложил Эррано на спину. Маг выглядел таким самодовольным и сильным, а оказался, как все чертовы аристократы – не ту они школу проходили. В Рицуме учили лучше.
Стилет в руке, быстрый надрез, кровь в склянке. Сжимая запястье Ортеги, Алето приказал:
– Очнись. Оставайся здесь.
Тело дернулось, как от внезапного удара, затем мужчина открыл глаза и, тяжело дыша, сел. Носки ботинок повернулись к выходу, но Эррано не двигался.
– Что ты задумал?
Ортега так посмотрел в ответ, что оставалось лишь поблагодарить Эйна, что в мире нет силы убивать взглядом. Губы дернулись, он сопротивлялся, однако кровь заставила его говорить:
– Я рассказал королю о планах Эйнара.
Просился вопрос «Почему?», но времени на это не было.
– Что Альдо задумал?
– Он арестует его. – Взгляд стал еще более яростным, хотя всего секунду назад казалось, что хуже некуда. Свободную руку Ортега так сжал в кулак, что на коже должен был остаться след.
– А остальных?
– Их отпустят, иначе меня бы тоже пришлось арестовать, чтобы не вызвать подозрений – это было мое условие.
Черт вонючий. И Эррано, предатель, и Эйнар, доверившийся ему.
– Почему Альдо ждал, а не арестовал его сразу?
Ортега плотно сжал губы, но через секунду все равно открыл рот:
– Эйнара слишком любят в народе, а королю Альдо не нужны новые волнения. Он ждет, что Эйнар сам подставит себя.
Наверное, на принятие решения было не больше трех секунд.
Можно вернуться, и если кардиналы еще во дворце, сделать вид, что ничего не было. Можно сбежать. Забыть о плане или продолжить дело. От всей души послать Эйнара к чертям, сказав, что он заслужил, или помочь и сбежать вдвоем – рискуя, что не уйдет ни один.
Черт возьми.
– Вставай, – приказал Алето, держа склянку с кровью открытой. – Ты знаешь, где они?
– В зале. – Ортега небрежно махнул рукой
– Сколько там человек?
– Не знаю.
– Так давай узнаем! Ты первый.
Едва не рыча от злости, Эррано вышел из комнаты. Он замер перед соседним залом, руки задрожали, но он не смог не толкнуть двери.