В коридоре сладко пахло ванилью и свежим хлебом. В животе заурчало. Алето еще острее ощутил себя бродягой, которого пустили погреться в дом.
Он шел следом за Эйнаром по каменным коридорам, мимо одинаковых дверей келий с выбитыми номерами, и прислушивался к его сердцу. Оно трепетало – птица, отчаянно машущая крыльями. Всего одно движение рук. Но пальцы не слушались. Чертовы пальцы.
Эйнар провел гостя в свою комнату. Алето уже бывал в ней, когда проник внутрь, чтобы «поработать» с иконой, но только сейчас он осмотрел помещение по-настоящему. Рядом с окном стояло фортепиано – черт умел и любил играть. Над ним висел простой пейзаж: океан под лунным светом. Черт мечтал увидеть океан. Кровать застилало белоснежное покрывало, ни единой складочки – черт не выносил беспорядка. Столь же стройной линией на полке стояли книги: по росту и даже по цвету, корешок к корешку. До тошноты.
В молчании оба сели на стулья напротив друг друга. Эйнар сложил руки на коленях. Алето закинул локти на спинку, нацепил ухмылку, но правый уголок губ задрожал.
– Я знаю, зачем ты здесь.
– Знает он. – Алето силой заставил себя сделать улыбку шире. – Так подними руки, чтобы защищаться.
– Мне нужна твоя помощь.
– Что?! – Алето не сдержал восклицания и так резко подался вперед, что стул жалобно скрипнул.
– Сегодня птицы взяли двоих: Алио Арьяно и Рони Корана. Алио подозревают в убийствах, Рони – в некромантии. Делу дадут огласку и обвинят Орден жизни. Я хочу спасти Алио, а ты – Рони, так?
В голове возникло столько вопросов, что Алето не смог задать ни одного. Наконец, он выдавил:
– Откуда ты знаешь?
– У меня был весь вечер и полночи. Перед главой Ордена открываются многие двери. – Помолчав, Эйнар спросил: – А что знаешь ты, Алето?
Показалось, или его голос дрогнул? Сердце, во всяком случае, билось уже медленнее, а спокойное выражение лица не выдавало ничего, что происходило в душе – и происходило ли?
Алето сделал глубокий вдох, снова откинулся на спинку стула и широко улыбнулся:
– О, ты про свою маленькую тайну? Да, я знаю о ней. – Он вдруг рассмеялся: – С Алио я тоже знаком. Такая красивая упрямая девочка. Жаль, что побывала на той стороне. Надеюсь, это ничего в ней не изменило?
Зрачки Эйнара расширились, он так резко выпрямился, словно вместо позвоночника палку вставили. Алето продолжал, ухмыляясь:
– Значит, твою Алио взяли за твои же преступления? Ха! – Эйнар насупился и так посмотрел, словно вот-вот бросится. – Она сама обвинила себя, чтобы спасти тебя? – в голосе слышался восторг. Какой же замечательный удар по Эйнару! – А ты думал о том, чтобы признаться? Тогда ее отпустят. Или ты боишься за свою шкуру?
Эйнар так крепко сжал челюсть, что желваки заходили. Неужели дорогой друг и правда что-то испытывал к блондинке? Как бы то ни было, город он любил сильнее. Нельзя оставлять свою паству – такое оправдание он придумал для себя?
– Алето, – твердо произнес Эйнар, – я признаюсь. Это необходимо сделать, я знаю, но позже. Чтобы все прошло как надо, мне понадобится твоя помощь – помощь некроманта.
Сначала Алето опешил: да Эйнар же превратился в безумца, хватающегося за отчаянные идеи! Затем обрадовался: это означало, что у него не осталось никакой уверенности. Следом в голове сложился новый план. Он был интереснее убийства и велел продолжить игру.
– Что тебе нужно от некроманта? Кого-то вернуть? Подчинить?
– А ты это умеешь? Где предел того, насколько можно подчинить человека и кого можно вернуть?
Альвардо сказал, что Эйнар связался с Орденом крови, и Алето всегда думал, что друг подставил его ради спасения собственной шкуры. Но если это правда, почему он так наивно спрашивал о способностях некромантов? А ведь Алето искал тех, кто знал Эйнара по годам в Ордене – не нашел. Некоторые встречали человека с таким именем, но с другой фамилией. Ему хотелось верить, что это Эйнар, прячущийся, но если нет? Так мог ли Альвардо соврать?
Алето попытался сменить тему:
– Ты не удивился, увидев меня. Что тебе известно?
– Я знаю: все, что происходило со мной в последнее время, делал ты. Ты оживил человека, умершего почти год назад. Зачем, скажи мне!
Умник какой, догадался. Насмешка не продвинулась дальше, снова сменившись вопросом: почему Эйнар предал его?
А ведь ответ всегда был рядом, он назойливо крутился в голове, но Алето гнал его. Ему хотелось верить, что Эйнар – ублюдок, переложивший собственную вину на другого; злость поддерживала последние искры жизни. Но все, все противоречило этой мысли. Эйнар всегда был верен учению, так верен, что купился на слова Альвардо, проверяющего, кто поставит город во главе всего.
– Скажи, Эйнар, ты знал?
– Что знал?
– Почему ты предал меня?
– А что я должен был сделать? – Эйнар спрашивал голосом, будто говорил об очевидных вещах, но сердце гулко стучало в груди. – Ты связался с некромантами! Ты предал все, чему нас учил отец Гаста, все, ради чего существует Орден. Ты стал угрозой! Из-за таких, как ты, гибнут невинные, и какую жизнь вы им даете! – совсем уж тихо добавил Эйнар.