Размышляя о корнях дедраматизации 1960-х, Дёмин писал о Чехове и его легендарном «люди обедают, только обедают, а в это время слагается их счастье и разбиваются их жизни». Обращался Дёмин и к опыту драматурга-бытописателя Александра Николаевича Островского. Но особое место в пантеоне бессобытийности и бессюжетности занимал у Дёмина, как у шестидесятника, Виссарион Григорьевич Белинский с его увлеченностью естеством жизни, с его обращенностью к мiру и его верностью «натуральной школе».
«Оставив в покое героев, которые на земле являются гораздо реже, нежели в фантазии поэтов», литература должна «обратиться к толпе, к будничной жизни», – сочувственно цитировал Дёмин Белинского. И далее выделял у «неистового Виссариона» самое важное для
Режиссер Юлий Карасик
1962
Никогда не говори «никогда». После всех трагических осечек XX века, после глубочайшего разочарования послевоенных поколений в «жизненном порыве» западная культура иногда позволяла себе и очарованность жизнью, и радости упования, почти по Белинскому, «на массу, на людей обыкновенных», и торжество
Наиболее впечатляющей, масштабной и успешной попыткой воссоздания единодушия по утопическому образцу, наверное, можно считать событие, которое случилось в 1969 году в Америке на поле близ местечка Вудсток.
Полмиллиона человек собрались послушать музыку, но на самом деле чтобы под аккомпанемент рока три дня существовать друг с другом в тесноте, да не в обиде[137]. После «нормального летнего дождя» люди в Вудстоке дружно месили на поле грязь. «Дождь – это что-то чистое» – реплика из документального фильма «Вудсток. Три дня мира и музыки» (1970). Молодые люди, пытавшиеся в полной мере ощутить мистерию единения
Август 1969-го
Фото: Baron Wolman / iconiclicensing
Попытка через четыре месяца повторить рок-опыт Вудстока в Альтамонте (этот концерт иногда называют «западным Вудстоком»), где с самого начала возникла тревожная теснота прижатых к сцене и друг к другу зрителей, стала по-настоящему гибельной. Этот концерт вошел в историю уже не как последний праздник эры хиппи, а как трагический и окончательный ее финал. Один из охранявших концерт байкеров (из клуба «Ангелы ада») убил ножом чернокожего любителя рок-музыки Мередита Хантера, пытавшегося прорваться на сцену. «Не хочу, чтобы он умирал, не дайте ему умереть», – молила девушка в вязаном платье около тела в закрытом мешке на носилках. К тому моменту уже прилетел санитарный вертолет, чтобы его забрать[138].
Можно усмотреть определенную связь между попытками конца 1960-х масштабно в союзе с рок-н-роллом принудить ликующее
Эффект павлиньего хвоста.
На самом деле все обустраивают свою собственную территорию
Коммуникативный посыл этого культурного события, фестиваля, арт-тренинга очевиден. Но ни о какой попытке возрождения