УПК располагался в здании бывшей Ховринской больницы. С тех пор, как чиновникам доложили об истинных причинах долгостроя, они мгновенно законсервировали образовавшийся в подвале Излом и со спокойной душой передали объект силовому ведомству. Так сказать, сугубо по профилю. И уже министерство внутреннего контроля благоустраивало новую штаб-квартиру на свое усмотрение и за бюджетные средства.
Засунув руки в карманы, майор Шакс облокотился на массивный дубовый стол и исподлобья уставился на меня, словно ждал мгновенного признания во всех смертных грехах.
– И что ты там делал? – после недолгой паузы поинтересовался Шакс.
Продумывать легенду не было времени, поэтому я честно ответил:
– Преследовал подозреваемого.
Майор задумчиво хмыкнул:
– И какого же рода этот подозреваемый был: гоблин, леший, волколак?
Отвечать на этот вопрос я не стал. Лишь глупо пожал плечами.
– Оперативник с твоим опытом не может классифицировать особь? – удивился Шакс.
– Объект был от меня слишком далеко.
Задумчиво помяв подбородок, майор коротко кивнул, а потом зло сверкнул глазами:
– И в совершении какого же преступления он подозревается?
– Межреальное дело ЛитераМ: 15/343.
Проверять он не стал. Но обязательно это сделает, я был в этом уверен.
– Ну допустим, – кивнул особист. – И что же было дальше?
– Я проследовал за подозреваемым в Кордон. Установил, как он обошел охрану, и, когда перешел к процедуре задержания, угодил в портал… – тут я вновь сделал паузу, прекрасно понимая, что сейчас последуют неудобные вопросы. И оказался прав.
Но для начала особист переспросил меня:
– Говоришь, свалился прямо в портал?
– Да, не удержался на краю.
– Прямо как Алиса в кроличью нору?
– Можно и так сказать.
– Очень интересно. – На лице Шакса возникла глупая ухмылка. – Получается, подошел к порталу, вскрыл печать, активировал пространственный канал, дождался часов семь, пока он наберет нужную мощность, а уж потом не удержался и шагнул в преисподнюю… Так?
Я удивленно уставился на особиста, мысленно прокрутив в голове недавние события. Если отбросить все «за» и «против», его версия, что я вру, казалась хоть и безумной, но вполне правдоподобной. В заброшенном Терминале нет и быть не могло активированных пространственных каналов. А у нечисти, которую я преследовал, не хватило бы ни сил, ни времени, чтобы распечатать замок консервации.
Только сейчас я понял, насколько сильно усугубилось мое положение. Отследить передвижение потустороннего… незарегистрированного потустороннего не такая уж простая задача, гораздо проще все списать на зарвавшегося опера, который претерпел профдеформацию. Система всегда стремится к самому простому решению: винтик с сорванной резьбой проще заменить, чем пытаться вкручивать его обратно.
– А может, ты просто вступил в сговор с нечистью, а та тебя подставила, как это часто бывает. Ну, как тебе моя версия? – поинтересовался особист.
– Не выдерживает никакой критики.
– Да что ты говоришь. – Он скрестил руки на груди и посмотрел на меня сверху вниз. Теперь его взгляд выражал скорее призрение, чем интерес к моей скромной персоне. – Не выдерживает критики, говоришь? По крайней мере, в отличие от твоей, она подтверждена неоспоримыми фактами… Камеры на входе зафиксировали тебя, изображение отменное. Тепловизор отметил излишнюю взволнованность. Это, кстати, подтвердили и свидетели, которых мы уже успели опросить. Да и потом нашли тебя именно в заброшенном Терминале, а не где-нибудь еще. Поверь, моя версия больше понравится трибуналу, чем твой жалкий лепет про мифического подозреваемого.
Пошевелив руками, я ощутил неприятное жжение электронных браслетов.
– Так что давай, пиши чистосердечное, и покончим с этим, – миролюбиво предложил Шакс.
Он придвинул к краю стола пустой бланк и дал мне шариковую ручку. И тут же уточнил:
– Позвать конвойного, чтобы снял браслеты, или изволишь думать?
Я посмотрел сначала на особиста, потом на ручку и уверенно заявил:
– Всегда мечтал выступить перед трибуналом с последней речью.
– Ах ты, урод! – Шакс резко смахнул пишущие принадлежности со стола: – Перебежчик чертов! Только не говори, что у тебя кукушка съехала, все равно не поверю. Тут дело серьезнее, попахивает межрасовым сговором! Как тебе такой расклад?! Устраивает? Так я быстро тебе организую Урановый рудник без права на УДО.
Шакс не угрожал, а просто вырисовывал перспективы. И выглядели они весьма печально, особенно если учесть, что Трибунал в подобных случаях всегда занимает сторону обвинения. Да будь я хоть трижды упырь, пойманный на месте преступления, срок мне светил бы куда меньше, чем оперативнику, предавшему свое измерение.
Дождавшись, пока особист остудит свой пыл стаканом воды, я осторожно поинтересовался:
– У меня существует шанс на послабление? Я готов сделать выбор.
Морщины на лице майора разгладились, но недоверие во взгляде все еще осталось.
– Выбор – это хорошо! – изрек он.
– Уменьшение срока на четверть в обмен на информацию? – уточнил я.
– Именно.
– Только сразу предупрежу: мне неизвестно, каким образом произошла активация портала.
