Ниязу стало не по себе: птица, словно дятел, принялась стучать по камню, а рунические символы, изгибаясь, приняли образы людей, извивающихся в неведомом страдании.
В том, что это происходило на самом деле, почтальону не верилось до сих пор. Ловкий трюк, хитрая уловка! Только кому это нужно? Разыгрывать такой спектакль ради простого почтальона? Ерунда!
Птица на секунду прервалась, уставившись смоляными глазками на Нияза. Того пробил холодный пот, сердце забилось в неистовом ритме. Пернатая в очередной раз ударила по камню, но звука не последовало. Пространство возле перепутья опутала паутина тишины. А вскоре возникли голоса. Произошло это внезапно, словно снег на голову. Сначала шёпот, потом оглушающий крик и сотни разномастных звуков сплелись в один нарастающий гул, из которого вырывался низкий мужской голос:
– На роду написано, стало быть, исполняй… Грядет день, когда понадобишься ты и слава воздастся причастному по заслугам…
Нияз облизнул пересохшие губы, стараясь не упустить ни одного слова.
– Требы ждет от тебя хозяин дома. Принесешь ее, и вернутся дети его на землю, а гости матушки отправятся в небытие. Рок выбрал тебя для хозяина. Ищи и обретешь путь земной к вратам Запредельным. И мелодия на костях станет тебе путеводной нитью. Распутай этот клубок и запиши призывные звуки на столпах предках. Тогда откроется тебе Черный саван соседнего мира.
Нияз кивнул в подтверждение услышанных слов. Подошел к камню, достал пожелтевший лист кальки, накрыл им камень и стал водить грифелем по бумаге, чтобы сохранить руны.
Птица, будто секретарь, закончила стучать клювом и принялась внимательно следить за почтальоном.
Тем временем Велес открыл глаза, глянул на камень и произнес:
– Гагана – хорошая птица. Знает свое место, напрасно не прилетит. А ты, паря, мотай на ус. Хозяин, когда в дом явится, чисто должно быть. Вот ты этим и займешься. Приберешь тут все к его приходу.
– О чем это он? – обратился к Огниве Ясь. Он был уверен, что рыжеволосая ему ответит. Но ее уста остались неподвижны, зато в голове карлика послышался спокойный девичий голос.
«Открыв врата в Крайний мир, посыльный впустит в наш дом слуг хозяина, и они очистят землю от постороннего присутствия. Старый боги возвращаются!»
В ее голосе не слышалось ни страха, ни волнения – она просто передавала собеседнику информацию.
– Твою ж… налево, – едва слышно прохрипел Ясь.
«Не тревожься, такие бесхребетные твари, как ты, пригодятся. Всяк найдешь себе применение».
– Очень может быть, – карлик кивнул и прижал ладонь к внутреннему карману, где хранился подарок рыжей богини.
***
В моем поступке не было и грамма легкомыслия. К чему пытаться обходить препятствие, если фактор внезапности уже давно потерян? Почтальон знает, что мы хотим ему помешать, и ему известно, что мы уже здесь.
Добравшись до конца улицы, нам пришлось остановиться. Нас окружали завалы домов. А легкий ветер разносил по округе запах гари и паленого мяса. Но самое удивительное, что кое-где еще виднелись следы пожарищ: жадные языки пламени выглядывали из окон и извивались змеями. И это был дурной знак.
Про искажения я знал не так много. Недоказанный факт – такой же, как перемещение в пространстве и возникновение черных дыр. Ну невозможно повернуть время вспять или ускорить его, разогнав частицы антиматерии.
Но теория говорила об обратном. И сейчас я собственными глазами убедился в том, что невозможное возможно. Впрочем, о чем это я. Еще пару десятилетий назад все считали нечисть единственным представителем потустороннего мира.
– Великая Макоша, куда мы попали? – прошептала Паучиха. В руках воительницы появились короткие мечи – акинаки18.
– Прямо, – спокойно сказала мавка, напомнив мне, что именно она являлась путеводителем.
– Почему?
Она одарила меня уставшим взглядом:
– Где бы ты ни находился и какие бы силы тебе ни пытались помешать, следуй прямой. Это самый короткий путь от точки «А» до намеченной цели.
Тур держал лук наготове и внимательно следил за периметром. Мисгарь читала защитный заговор. Все были настороже. Все, кроме мавки. Только сейчас я заметил, что выглядела она неважно: на лбу выступила испарина, а кожа приобрела темно-серый оттенок.
– Ты в порядке? – шепнул я на ухо утопленнице.
– Нормально.
– Точно?
– Конечно, нет, – скривилась она. – Это чертово место в буквальном смысле высасывает из меня сущность.
– Продержишься?
– Продержусь до чего? – уточнила она. – До того момента, пока нас не растопчут, словно блох?
– Мы справимся!
– Не питай пустых иллюзий, Артур.
На моем лице возникло подобие улыбки. Фальшивой улыбки. Я так же, как и мавка, не надеялся на благостный исход. Нам ли, простым смертным, тягаться с богами.
– Пришли, – прервал мои мысли звонкий голос Паучихи.
