– Далеко, – согласился Виркнуд. – По словам слуг, он ни с того ни с сего стал раздражительным, нервным, ходил так чуть ли не неделю и в конце концов поехал в Бергнес. Разведчик пробрался туда, где граф встречался с ректором, и слышал, как Дайен возмущался. Мол, некие «они» не дают никаких гарантий и кормят обещаниями вот уже целый год.
«Год… – Рыцарю вспомнилась недавняя беседа с наместником. – Эамонд говорил, что год назад Шелан ездил в Периам».
– Гилрау просил Дайена проявить терпение, утверждал, будто спешить нельзя, да и нет никаких причин для спешки. Тем более еще не все согласились участвовать, а некоторым мероприятиям требуется тщательная подготовка и несколько попыток.
Эйсгейр решил, что одно из мероприятий – убийство владыки Светлого Леса. Но как собираются устранять Милихэна, если сами эльфы не могут попасть к своему королю?
Океан с ними, с эльфийскими загадками. Тут людские бы разгадать…
Им повезло. Мильхэ потеряла сознание всего на пару мгновений раньше Геррета. Одеяла слизнуло огнем, но в целом все остались невредимыми, если не считать подпаленных волос и одежды.
Близнецы и Фаргрен тут же вскочили. Раскаленный воздух на пепелище грозил убить всех, дышать было почти невозможно – горло обжигало от малейшего вдоха. Фар взвалил Мильхэ на плечи и побежал к роще. Рейт и Лорин метнулись к Геррету и, взяв его под руки, потащили туда же. В отличие от эльфийки, коротышка еле-еле, но мог переставлять ноги.
Рощица встретила их спасительной, успокаивающей прохладой – убийственный огненный шторм ее не коснулся. Фаргрен осторожно опустил свою бесчувственную ношу на землю. Хорошо бы принести ей воды. Теперь им всем нужна вода – все запасы ушли на защиту от огня.
Ледяная ведьма их спасла. Сам Фаргрен смог бы уйти от потерявшего мозги маагена. Не без ранений, конечно, но смог бы – волчьи ноги быстры. А вот близнецы… Вряд ли бы пережили эту бурю. Пусть она и длилась всего ничего, но Геррет выпустил огонь ужасающей силы. Даже если бы хоть кто-то еще дышал после того, как «драконья атака» исчерпала свой запас, он умер бы от ожогов – и очень скоро.
Злющий Рейт чуть ли не швырнул коротышку на землю.
– Ах ты, дерьмо жнецовье!
Упавший на колени Геррет опрокинулся на спину от пинка и скорчился, будто оплавленный.
– Твари чащобные, Рейт! – воскликнул Лорин, пытаясь унять разъяренного брата, который успел еще и вмазать коротышке по лицу. – Прекрати!
– Да он нас чуть не убил! – выкрикнул тот, но мутузить Геррета больше не стал. – Как она? – спросил он Фаргрена уже чуть спокойнее.
– Без сознания.
Мильхэ лежала на земле не шевелясь. И неизвестно было, сколько она так проваляется. А вот взгляд Геррета через несколько минут стал осмысленным.
– Вода есть? – прохрипел он, облизывая пересохшие губы.
– Нет, гадский ты затленыш, – процедил сквозь зубы Рейт.
Геррет оглянулся на сожженный ров. Потом сглотнул, потер уже наливающуюся красным скулу.
– Как долго ты не запускал «атаку», тупица?
Коротышка молчал, уткнувшись взглядом в землю.
– Отвечай, иначе отделаю – мало не покажется!
– Год, – буркнул Геррет.
– Год?! – Рейт взревел и снова ринулся на него. – И ты не сказал?
Между ними замерцал щит. Рейт сумел остановиться и с досадой пнул купол. Тот раскололся от удара – оказался слишком слабым. Впрочем, сердитый здоровяк не стал развивать успех.
– Ты нас чуть не убил, Гер!
– Почему ты вообще с углей-то слетел? – спросил Фаргрен. – Не новичок же.
– Одержимый он, – ответил вместо Геррета Рейт, и все стало ясно.
Одержимые. Слишком чувствительные к силе генасы. Да, благодаря этому они были сильнее, но и риск впасть в безумие у них был намного выше. А безумными они представляли куда большую угрозу, чем обычные генасы, за что цивилизованное общество их недолюбливало.
Одержимых старались приучать к силе постепенно. Но долгое время вдали от стихии могло свести всю выдержку на нет. Больше всего проблем доставляли как раз огневики. Где брать постоянный и мощный источник огня? Одержимые маагены, бывало, теряли голову от пожаров – не помогали справиться с бедствием, а причиняли еще больше вреда.
– Так почему сразу не сказал, что давно не работал с «атакой»? – возмутился Фаргрен.
Геррет молчал, вперив угрюмый взгляд в неподвижную эльфийку.
– Думал, справлюсь, – наконец пробурчал он. – Стали бы вы тогда использовать ее?
– Да мы бы послали туда тебя одного! – съязвил почти успокоившийся Рейт. – Ты бы все сжег, и мы преспокойненько пошли бы дальше. Дерьмо жнецовье, Гер, надо было сказать еще во Всесвете!
– Может, воду поищем? – сменил тему коротышка.
– Иди ты, Гер! Воду получишь самым последним.
– Она быстрее придет в себя с водой.
– Так и скажи, что тебе хочется пить.
Безумие истощало генасов, отнимая не только силу: маагенов, например, мучила жажда, как сейчас Геррета, иллигены переохлаждались и нуждались в тепле.
– Я схожу, – сказал Фаргрен, – здесь дальше на запад должен быть ручей.
