– Милорд, – приветствовала его Нирия, присев в реверансе.
На ней было закрытое, строгое платье. Куда скромнее, чем в прошлый раз. Эйсгейр улыбнулся: наряд неслучаен, ведь у Нирии имелось достаточно времени подумать, как одеться. Хочет подчеркнуть, что не собирается пускать в ход красоту тела? Показывает, что работает, а не прохлаждается?
Когда рыцарь обменялся любезностями со всеми встречавшими его магистрами, Нирия пригласила его в свой кабинет – светлый, просторный и даже больше кабинета Эйсгейра, как ему показалось. Правда, окошко шириной с длину руки он счел маловатым. Но даже такое окно стоило очень дорого: мало того, что настолько большие листы стекла делали только в Унат-Хааре, так еще из этого Унат-Хаара их требовалось привезти в целости и сохранности. Эйсгейру вспомнилось его окно в собственном кабинете… Заполучить такое Нирии даже и не снилось, наверное.
– Не позволит ли госпожа сначала взглянуть на город?
– Конечно, милорд, – ответила Нирия, закрывая дверь.
Всесвет, как и ожидал Эйсгейр, уже ничем не был похож на тот город, который он помнил. Красивые здания, аккуратные улицы. Главный зал Гильдии наемников впечатлял. Когда они с Эльвейг посещали город, на его месте находилась совсем неказистая постройка.
«Хотя дракон на крыше – это, по-моему, чересчур», – подумал рыцарь, оглядывая открывшийся ему вид.
Водяные часы ему понравились. Раньше на площади располагался шумный рынок, по мнению Эйсгейра, жутко безобразный.
– Кому пришло в голову убрать торговцев и поставить часы? – спросил он, отворачиваясь от окна.
– Мне, милорд, – ответила Нирия, теребя край рукава. – Из-за шума работать было невозможно. Рынок сейчас на Птичьей площади.
– Что ж, не буду томить прекрасную госпожу. Можете воспользоваться порталом. Если продажи пойдут хорошо, то и Эйсстурму от этого будет польза.
На лице магистра отразилось облегчение, но теребить рукав она не перестала.
– Благодарю, милорд, не могу выразить, как признательна вам за вашу доброту и любезность, – сказала Нирия и вдруг замялась.
– Что-то не так?
– Милорд, простите мне мою грубость, но ведь вы могли сообщить об этом еще вчера и не утруждать себя личной встречей. Уверена, у милорда полно других дел.
– Я пока еще вправе распоряжаться собственным временем. Давно не был во Всесвете, захотелось посмотреть, как тут теперь.
– Да, милорд, конечно, мы с удовольствием показали бы вам город…
– Но?
Голос Нирии упал до шуршания чешуек на шкурке аксольки.
– У нас могут быть трудности с лордом Тунором из-за вашего визита.
Эйсгейр выругался про себя. Ну конечно! По-детски желая досадить зандератскому хорьку, он даже не подумал, какими проблемами это может обернуться для Нирии. Пусть она и не подчиняется Тунору, ей крайне желательно поддерживать с ним ровные отношения, чтобы не бегать к королю – другую управу на великого лорда-то не найти – из-за каждого конфликта.
– Прошу прощения, миледи. Я не удосужился хорошенько подумать.
– Нет, милорд, вашей вины здесь нет, просто… Просто обстоятельства такие.
– Тогда, наверное, мне следует покинуть вас, – со вздохом проговорил рыцарь. – А так хотелось хоть полчаса здесь прогуляться.
Нирия на секунду задумалась.
– Думаю, если полчаса, то большой беды не будет, – сказала она и улыбнулась. – Подождите, пожалуйста, немного, я распоряжусь о сопровождении.
– Бросьте, миледи, сопровождение? Мне? – Эйсгейр улыбнулся в ответ, отмечая про себя, что ему очень нравится, как Нирия реагирует на такое обращение: глаза ее чуть распахивались, брови приподнимались, будто она удивлялась.
Бывшую деревенскую простолюдинку вряд ли часто называли «миледи». Особенно знать. Хотя в некотором роде Нирия была равна великим лордам и герцогам. О делах Всесвета она отчитывалась, как и все рыбки первого ранга, перед королем и государственным советом. Но в глазах высокородных снобов ни это положение, ни богатство не ставили Нирию на одну волну с ними. И даже знатные дамы, с визгом и нарасхват раскупавшие ее косметику и другие женские нужности, не спешили пускать бывшую селянку в свой круг.
– Если у вас есть время, я не отказался бы от вашей компании, – добавил Эйсгейр. – Кто сможет показать мне город лучше вас?
Вот так, без всякой охраны, вызывая чуть ли не обмороки у горожан, узнававших в рослом, дорого одетом северянине с необычно синими глазами легендарного владыку Северных земель, они вдвоем прошлись по центру Всесвета.
«Ах, Эльвейг, тебе бы здесь понравилось», – подумал Эйсгейр, проходя мимо гигантских водяных часов.
– Теперь даже сложно представить площадь без них, – сказал он вслух. – Смотрится так, будто часы всегда здесь были.
– Когда милорд посещал Всесвет последний раз?
– Сорок пять лет назад вместе с Эльвейг Второй.
– О, простите, милорд.
– О чем вы? – удивился Эйсгейр.
– О вашей жене.
– Не переживайте, миледи, это случилось слишком давно, чтобы я до сих пор не мог говорить об этом, – с улыбкой ответил рыцарь.
