Затем, некоторые из них представляли нечто вроде обителей в миру; с тем, впрочем, отличием, что у них жили совместно мужчины и женщины. Отсюда последствием были грехи... Не следует думать, что это говорится облыжно: даже я точно знаю подобные факты. Одна женщина-врач, вызванная в их жилище, сообщала мне, что причиною вызова именно был результат взаимного сожительства.
Факты использования людей в корыстных целях – общеизвестны. У меня же есть письма некоего увлекаемого человека, который потом ушел на Афон.
Но самое главное – даже не в этом, а в их неумеренном почитании о.Иоанна. В крайних формах оно выражалось в том, что такие почитатели «обожали» его, в буквальном смысле этого слова: то есть считали его за Бога или воплотившегося в нем Бога.
На съезде миссионеров в Одессе, уже по кончине Батюшки (в 1909 году), из книжек о нем приводятся такие выражения:
«Люди, простые сердцем, называют о.Иоанна – богом».
«Отец Иоанн теперь есть Богочеловек». «Божественный муж, святой небесный Ангел совета Отча, отец Иоанн Кронштадтский».
«Отец Иоанн – Бог, воплотившийся Иисус Христос, Судия мира».
В книгах иоаннитов, посвященных о.Иоанну, приписываются ему божеские свойства: всеведение, безгрешность и т.д.».
Портреты его помещались рядом с иконами. Та же самая женщина-врач, сообщала мне, что она сама видела, как его портрет, большой величины, был помещен у иоаннитов, рядом с иконами Господа Иисуса Христа и Божией Матери.
В других домах портреты отстояли очень недалеко от икон.
Перед ними теплились лампадки. Некий Понамарев заживо составил о.Иоанну акафист. Приведу здесь факты, в коих изображается картина с натуры.
Епископ Мамадышский Андрей (Ухтомский) на съезде в Киеве (1908), рассказал: «Я не знал, что секта иоаннитов так распространена. На одном пароходе мне пришлось ехать вместе с главой Оренбургских иоаннитов; я говорил с ним; и он показался мне безукоризненным. Два месяца тому назад ко мне явились два книгоноши от «Кронштадтского Маяка». Я спросил их: почему вы распространяете ваши бесчестные книги?
– Какая здесь ложь, в этих книгах? – спросили они. Я показал, в чем заключается ложь в этих книгах. Они послушали и ушли. Через несколько времени приходят и со слезами рассказывают о том, что сначала в одной, а потом в другой церкви им отказали в святом причастии; потому что они на духу признавались, что считают о.Иоанна Кронштадтского – Богом. Они пришли ко мне исповедываться. Я сказал им: «Вы согласны выразить мысль вашу так, что в о.Иоанне живет благодать Св. Духа?». Они говорят: «Да, мы это и говорим». Я спросил: «Ведь вы сказали, что он Сам Бог»? «Да, мы и это говорим».
Одним словом, я должен сказать, что это движение – совершенно неустановившееся, но – движение громадной нравственной силы и громадного воодушевления».
Московский миссионер г. Айвазов, высказал следующее. «То, что иоанниты сами себя не считают сектантами, не говорит в их пользу. Даже хлысты и молокане – явные сектанты – себя таковыми не называют. Что касается их культа, то просфорки, крендельки, которые они раздают по деревням, молитвенные дома, в которые они ходят вместо церквей, портреты Иоанна Кронштадтского; – все это служит доказательством существования у них культа. Это – типичное хлыстовство! Я бы не говорил об этом явлении, если бы к нему не было примешено имя о.Иоанна Кронштадтского. Говорят, что это движение идет вперед, что оно удовлетворяет духовным запросам: Боже, сохрани! Это – хлам, это вздор!»
Говорил потом профессор Казанской духовной академии, Н.И. Ивановский. «Обращаясь к доктрине иоаннитов, мы видим, что это – люди, которые чтут известное, и в наших глазах досточтимое лицо; но чтут – через край, называя его богом. Я затрудняюсь сказать, действительно ли здесь есть признаки сектантства, прежде чем не узнаю: моляться ли они на о.Иоанна Кронштадтского. Если они молятся на него, то это движение есть в первичной своей основе – движение сектантское, хлыстовское. Здесь как и в учении хлыстов в основе лежит идея перевоплощения. Так же точно, как и у хлыстов, есть богородицы. И богородица не одна, а несколько». И в заключение он говорил: «Во всяком случае, это движение – характера сектантского и еретического-хлыстовского».
