Этот период своей жизни, голодный и беспомощный, ты потом назовешь самым счастливым. В это время ты писала стихи и чувствовала себя великой поэтессой, хотя никто не хвалил и не ругал их – ты никому не показывала заветную тетрадку. Ты писала статьи в студенческую газету, иногда у тебя получались неплохие рассказы, и ты не сомневалась, что со временем станешь членом Союза писателей. Тебе давали первые роли в театральном кружке, а когда ты пела в ду́ше, то всегда попадала по нотам.
Ты чувствовала себя счастливой (все получалось!), несмотря на то, что уже забыла, сколько дают стипендии. Родители помогали, чем могли, то сумку передадут, то денег подсунут, а добрая мама всегда положит конфет в карман куртки. Папа и мама никогда не ругали тебя за двойки и прогулы. «Молодая еще, глупая, пусть живет, пока живется, будет еще горе на ее веку», – говорили они.
Незаметно учеба подошла к концу. Какое-то время ты ищешь, и, наконец, находишь несложную работенку с не очень нищенским окладом. «Это все временно, я найду что-нибудь получше, поинтересней», – говоришь ты всем. Родители вздохнули спокойно и ушли на пенсию, а ты ходишь челноком «дом-работа, работа-дом», и чувствуешь себя сносно. Твоя творческая жизнь замерла, но ты, устав фонтанировать энергией, радуешься спокойствию, как тебе тогда казалось, недолгому.
Теперь по утрам не поваляешься, надо вставать и идти, вставать и идти, иначе будет нечего есть. Но это обстоятельство не мешает тебе мечтать по пути на работу и с нее. Ты постоянно теряешь зонты, ключи, кошельки и разные мелочи. На работе ты рассеяна и невнимательна, а иногда просто «выключаешься», глядя в окно застывшими глазами. Но, тем не менее, тебя любят – за доброту и широту души. Ты втягиваешься в рутину, осваиваешься в болоте, и работа начинает казаться тебе интересной.
Но самый главный ее плюс – монотонность, поэтому голова практически не загружена, и ты целиком и полностью уносишься в мир своих фантазий. Какие замечательные сказки, истории, картины ты рисуешь в воображении! Сколько великолепных идей теснится в твоей голове! Иногда ты делаешь попытки записать хоть что-нибудь из своих фантазий, но все твои истории столь тщательно продуманы (герои, фразы, начало и конец, мельчайшие детали), что на бумаге писать уже нечего и неинтересно. Ты можешь выдавить из себя пару строк, но это дается тебе с таким трудом, что ты бросаешь их, чтобы больше никогда к ним не вернуться.
Ты разностороння, как Леонардо да Винчи, и чувствуешь это, но не предпринимаешь попыток реализовать себя, ведь гораздо легче придумать историю, даже рассказать ее, чем написать так, чтобы все было понятно не только тебе, но и другим. Ты вышиваешь гладью и крестиком, шьешь и рисуешь, занимаешься любыми поделками, любишь петь и, конечно же, без конца придумываешь сюжеты, героев, названия, кульминации и концовки для своих историй. А еще у тебя пять кошек – надо же, чтобы кто-то ждал дома. Ты обожаешь их, кормишь белым мясом и возишь по выставкам. Кошачьих медалей у тебя больше, чем наград у чемпиона.
Ты до сих пор ждешь своего принца, но никому не признаешься в этом, даже себе. Но Бог не наградил тебя одиночеством, хотя ты – единственный ребенок своих родителей. У твоих двоюродных и троюродных братьев и сестер рождаются дети, и ты становишься самой лучшей теткой. Племянники не чают в тебе души, ведь ты играешь с ними в игры без устали, читаешь им сказки, а больше всего им нравится разгадывать с тобой облака – в этом ты до сих пор непревзойденный мастер.
Только дети очень быстро взрослеют и сами становятся родителями. Так ты волей-неволей становишься бабушкой.
Тогда ты в первый раз оглядываешься назад и наконец-то понимаешь, что за столько лет ты ничего не достигла и ничего не добилась от себя. Ты даже не поменяла работу, не говоря уже о чем-то большем.
Жить стало тошно. По утрам незачем вставать с постели. Лежишь, глядя в потолок, снова, как в детстве, изучая пятна, и мечтаешь о том, что могло бы быть, но уже не будет – большая семья, и о том, что еще может случиться (выйдут в свет твои книги, например, правда, ты до сих пор не написала ни строчки). Еще ты по-прежнему мечтаешь стать певицей. Или актрисой. Но тот возраст, когда бросают все и начинают жить сначала, прошел, и ты чувствуешь, что упустила что-то важное.
Как раз в это время пришло твое время уходить на пенсию, и ты совсем приуныла. Только кошки не дают тебе совсем упасть духом.
Постепенно все входит в свою колею: утро-день, вечер-ночь, и это затягивает, успокаивает, убаюкивает. Ты находишь преимущества в своем новом этапе жизни: можно мечтать, сколько влезет, смотреть в окно часами, фантазировать бесконечно, и никто не будет мешать.
Постепенно грань между реальностью и иллюзией размылась настолько, что совсем исчезла – и ты стала самым счастливым человеком на свете.
Осень сменяет другую, проходят годы, а ты все не меняешься: голубые детские глаза на старческом лице и улыбка – легкая и радостная. Ты живешь спокойно и тихо, так тихо, что твое помешательство незаметно никому, даже тебе.
