Натали взглянула на него – он смотрел на нее, а его круассан был нетронут.
– Ты сожалеешь, что не взял шоколадный?
– Нет. Я не люблю сладкое, – ответил он странно хриплым голосом.
Они наслаждались остатком завтрака и кофе в дружеской тишине. Он хотел помочь ей убрать со стола, но она отмахнулась рукой и поставила тарелки в раковину, которая была всего в двух шагах от нее.
– Ладно. Что заставило тебя прийти так рано? – Натали позвала его пройти за собой в гостиную и плюхнулась на диван. Он последовал ее примеру.
– Мы не можем объявить о помолвке без обручального кольца. – Гаррет поднял руку Натали и вытащил из кармана кольцо. – Это кольцо моей матери.
– Твоей матери? – ахнула она. Кольцо было совершенно потрясающим: с большим изумрудом, окруженным мелкими бриллиантами в богатой золотой оправе.
– Ты уверен, что не против, если я буду его носить? Разве тебе не следует приберечь его, когда ты сделаешь предложение той, на которой действительно захочешь жениться?
– Если ты не забыла, я просил тебя выйти за меня замуж, – сказал Гаррет.
– Ты понимаешь, о чем я. Я думаю, тебе следует сохранить кольцо своей матери для любимого человека. Для той, с которой ты захочешь остаться навсегда.
– Тогда кольцо никогда не увидит свет. – Гаррет коротко и невесело рассмеялся. – Я не собираюсь жениться по любви и навсегда. Не все соглашаются на эту сказку. Уж точно не я.
От решительности в его словах по ее спине пробежал холодок.
– Что ж, прекрасно. Спасибо. Я верну его тебе, когда все закончится.
– Не беспокойся об этом, – сказал он. – Мы разберемся с этим, когда придет время.
– Хорошо, – медленно протянула она. У нее возникло ощущение, что он боится любить. Кто‑то должен был нанести ему рану, которая до сих пор не затянулась. – Ты знаешь, что я перееду к тебе сегодня. Ты мог бы подождать до сегодняшнего вечера.
– Ты можешь считать меня старомодным. Я хотел надеть тебе кольцо на палец, пока ты не испортила мою репутацию.
Гаррет покинул дом Натали, загрузив в машину несколько коробок, которые ей удалось упаковать. Несмотря на то что она оставляла свою мебель, чтобы сдать квартиру в субаренду, им пришлось сделать несколько поездок к ее дому за вещами.
На самом деле это избавило Гаррета от необходимости нанести визит своей семье. Он хотел лично рассказать отцу о своей помолвке, даже если он уже слышал версию этой истории от бабушки.
Как он и предполагал, экономка семьи Сун, Лилиана, сообщила ему, что его бабушка «нездорова» – она сочувственно ему улыбнулась, – поэтому он мог свободно пообщаться со своим отцом. Он нашел его в кабинете за стаканом скотча.
– Уже полдень. Значит, для скотча уже не рано.
– Доктор Анант знает о твоем правиле приема виски после полудня?
Его отец был на больничном по настоянию кардиолога. Гаррет сомневался, что виски входил в программу лечения.
– Не начинай! Мне и так с трудом удается избежать ее повышенного внимания к моему бедному сердцу.
– Ты должен быть рад, что она так внимательна.
На лице его отца отразились сожаление и уязвимость.
– У меня такое чувство, что ты здесь не для того, чтобы поговорить со мной о моем здоровье. В чем дело?
– Что ж, папа. Надвигается адская буря, и я нахожусь в ее эпицентре. Я женюсь.
– На какой невесте?
– У меня только одна невеста. – Кулаки Гаррета сжались на коленях. Отец знал о договоренности с Джихэ Пак. Он просто не стал вмешиваться.
– Ты уверен, что хочешь бросить вызов своей бабушке?
– Нет, но я уверен, что хочу жениться на своей невесте, а не на незнакомке.
– Твоя мама и я… – Его голос задрожал, и он не смог продолжить. Не было необходимости. Гаррет знал, что его родители совершенно не знали друг друга, когда поженились.
– Дело не в том, подходит ли мне Джихэ Пак. Дело в том, что я уже выбрал жену, и это только мое решение. Я не буду пешкой династии Сун.
– Пусть будет так. Что ж, расскажи мне о своей молодой леди.
– Она… – Гаррет откашлялся, застигнутый врасплох внезапным интересом отца. – Ее зовут Натали Соболь. Она директор по персоналу «Хэнсол» в офисе в Лос‑Анджелесе.
– О да. Я встречался с ней несколько раз. Она умная и компетентная молодая женщина. Разве она не американка корейского происхождения?
– Да, по материнской линии.
– Хорошо, хорошо. – Он рассеянно кивнул и добавил: – Но ты пошел на ненужный риск, встречаясь с подчиненным.
– Она не подчиненная, – твердо сказал Гаррет. – Она моя невеста и ваша будущая невестка, а не какая‑то женщина второго сорта. Ее сестра недавно скончалась, и Натали борется за опеку над своей племянницей, так что скоро у нее может быть приемный ребенок.
– Ребенок? Ты будешь отцом!
– Натали сначала нужно добиться опеки.
– Сколько лет ребенку? – спросил отец с улыбкой.
– Около шести месяцев.
– Ну, а когда я с ними встречусь? Завтра за ужином?
– Если Натали свободна. – Настала очередь Гаррета быть шокированным. – Но Софи с бабушкой и дедушкой, поэтому я не могу гарантировать, что ты увидишь ее завтра.
– Я увижу, – сказал отец. – Ты уже сообщил Аделаиде новости?
Гаррет чуть не застонал.
– Еще нет.
