— Вы хотите сказать, что одобряете решение Альваро?
— Я хочу сказать, что, помимо многочисленных недостатков, у моего супруга было одно достоинство: он точно знал, кого сделать наследником. Полагаю, это врожденное качество аристократов, шлифовавшееся веками. Иначе как объяснить процветание наших родов, если даже самые простые дела мы вынуждены доверять посредникам? Если б не внутреннее чутье, позволяющее правильно выбирать людей, испанская знать уже давно вымерла бы. Мой супруг сделал наследником Альваро, и это было верное решение. А мой старший сын, я вынуждена признать, тоже поступил мудро, передав бразды правления вам.
Мануэль задумался. Возможно ли, что личные качества кандидата перевесили все другие соображения и даже личную неприязнь, как в случае с Альваро?
— Если я правильно понимаю, у Альваро были натянутые отношения с отцом…
— «Натянутые»… — Усмехнувшись, старуха обменялась взглядом с сиделкой. — Сеньор Ортигоса, скажите, как ваши родители относятся к… как бы выразиться… вашим романтическим наклонностям? Только не надо говорить, что они смирились с тем, какой путь вы выбрали.
Писатель осторожно поставил чашку на стол, откинулся на диване и спокойно посмотрел в глаза маркизе.
— Думаю, они использовали бы термин «гомосексуальность», что было бы корректно. Но у родителей не было такой возможности: они погибли в ДТП, когда я был еще маленьким.
Ни один мускул на лице старухи не дрогнул.
— Значит, им повезло. Поверьте мне. Я им завидую. Да, отношения Альваро с отцом были натянутыми, и не по вине моего покойного мужа. Наш старший сын был занозой с самого рождения, ему доставляло удовольствие во всем нам перечить. Видите ли, двоим моим сыновьям не хватало смелости, тогда как у третьего ее было в избытке. Но он выбрал не тот путь.
Слушая маркизу, Мануэль качал головой.
— Смелее, — подбодрила его хозяйка. — Говорите, что у вас на уме.
— Я думаю, что вы — монстр с извращенными представлениями о жизни.
Старуха расхохоталась, словно писатель крайне удачно пошутил, и бросила удивленный взгляд на служанку.
— Ты слышала? Он назвал меня монстром.
Сиделка улыбнулась — презрительно и снисходительно, словно Ортигоса выдал нечто нелепое и абсурдное.
— Извращенцы, трусы и избалованные детки, которые так и не повзрослели, — вот что представляют собой мои сыновья. — Тон маркизы изменился, теперь в нем звучала горечь. — Господь не дал мне дочь, вот мое наказание. Эти неудачники даже нормального наследника не смогли родить.
— Самуэль, — прошептал писатель, обращаясь скорее к самому себе. Ведь именно на него намекала старуха.
— Верно, речь об этом маленьком бастарде, — ответила маркиза, повернувшись к служанке, словно хотела что-то ей объяснить. — Знаете, как говорят? Дети дочери — это внуки, а дети невестки — это дети чужой женщины.
Лицо Мануэля исказила гримаса отвращения.
— Вы бесчеловечны.
— Ну, это как посмотреть… Например, я точно так же думаю о вас, — ответила старуха с легкой усмешкой.
— А Катарина?
— Катарина — девушка из хорошей семьи, столкнувшейся с финансовыми сложностями. Но ведь от этого никто не застрахован, верно? У моей невестки отличное воспитание, а ее смелости позавидуют некоторые мужчины. Понятия не имею, что она нашла в моем сыне.
— А отпрыска Катарины вы будете считать своим внуком?
Маркиза скривилась и со стуком поставила чашку и блюдце на стол, так что они едва не разбились.
— У невестки побольше храбрости, чем у Сантьяго. Она единственная в этом доме кроме меня, кто знает свое место. Я бы не колеблясь променяла своих троих никчемных сыновей на одну такую дочь, как она.
Писатель продолжал качать головой, не в силах смириться с подобным отношением.
— Вы считаете меня монстром, сеньор Ортигоса? Полагаете, что я жестока? Тогда скажу вам вот что: мой супруг назначил своим наследником Альваро не из-за благосклонного отношения, а потому что понимал: его сын — человек сильный и жесткий и сможет сохранить свое наследие, защитить свой род и всё, что для нас важно. Любой ценой. И уверяю вас, что мой покойный муж не ошибся. — Маркиза сидела прямо, гордо подняв голову, словно на ней была корона. — Альваро сделал то, чего от него ждали, и даже больше. И если вы считаете меня бездушным чудовищем, так знайте, что ваш обожаемый супруг намного превзошел свою мать. Сохранил фамильную честь. Его отец понимал, что так и будет, ведь у Альваро раньше уже была возможность доказать, что ради этого он пойдет на все. И как мне ни претит подобная мысль, раз старший сын решил, что вы достойны стать наследником, значит, у него были на то основания. Я смирюсь с его выбором, и всем остальным тоже придется это сделать. Не волнуйтесь насчет Сантьяго: сегодня он просто устроил истерику, как избалованный ребенок. Он успокоится и поймет, что это лучший вариант для всех нас.
