Красное море я видел впервые и смотрел, что делали ветераны. Они выстроились в ряд и упражнялись, кто дальше забросит бутылку с кока-колой. Потом Бушагин взял плетеную сумку, полную всякой выпивки, и пошел в море, все дальше и дальше к коралловому поясу. Там он утопил сумку и вернулся на берег. Все надели белые рубашки с длинным рукавом, застегнули пуговицы и пошли купаться в море.
— Хочешь, отвечу на все твои вопросы? — спросила Галя и села рядом со мной на теплый песок.
— Было бы неплохо, — ответил я ей с улыбкой.
— К обеду наступит отлив, и все наши бутылки будут у самого берега в песке, прохладные. А в рубашках купаются потому, что плотность воды здесь высокая, и капли на тебе, как увеличительное стекло, — могут быть ожоги. А насчет плотности — иди в воду и увидишь. Захочешь утонуть — не утонешь. — Она легко поднялась и неторопливо, кокетливо, уверенная, что я любуюсь ее фигурой, пошла в воду. Я побежал следом, обогнал ее, разбрызгивая яркое серебро воды и радуясь прекрасному дню, предстоящему отдыху и, пожалуй, тому, что моя миссия разведчика наконец-то удалась. До этого я имел знакомства с немцем, датчанином, одной англичанкой и китайцем из Сингапура. На всех я давал информацию, но сам чувствовал, что это не то, что надо. Они шли мне только в счет, а первым по-настоящему был Линц. И, видно, не случайно мне дали премию за этого немца. Я же не кретин, который не понимает, почему приехал московский гость. Безусловно, не ради меня, но и не ради Визгуна. Очевидно, моя персона имеет к этому отношение, слегка возгордился я собственной значимостью.
Генка Волошин, толстый верблюд в ластах, маске и с подводным ружьем, шел задом в глубину. А я еще не знал, какое это удовольствие — подводная охота в Красном море. Мы поплавали с Галей у самого кораллового пояса, перебрасываясь незначительными фразами. Но когда я поплыл за кораллы, Галя остановила меня:
— Не надо туда заплывать. Это опасно. Года два назад акула отхватила ногу немецкой туристке. Та просто чудом осталась жива.
Напуганный ее предупреждением, я вернулся. Если честно признаться, акулы, с которыми я никогда не встречался, кроме империалистических, вызывали у меня безотчетный страх, и я поделился своими опасениями:
— Значит, это опасное место?
— Нет, — ответила Галя, распластавшись спиной на воде и доказывая мне достоинства плотной воды Красного моря. — Почему нет — я оставлю в секрете, и ты сам догадаешься.
— Галя, у меня очень плохо с терпением. Лучше сразу скажи.
— Нет! Помнишь: лучше раз увидеть… — Она повернулась на живот и легко поплыла к берегу, красиво выбрасывая руки.
Все я узнал примерно через час. Неожиданно за коралловым поясом показалось большое стадо дельфинов. Они шли вдоль коралловых рифов, равномерно выпрыгивая из воды и как бы поддерживая заданный строй. Это было великолепное зрелище: блестящие торпеды взлетали над водой и, блеснув в лучах солнца, скрывались в глубине. Трудно было сказать, сколько их было, но стадо растянулось метров на триста. Сначала они прошли в одну сторону, потом вернулись и, будто подчиняясь чьей-то команде, три или четыре дельфина остались у кораллового пояса, а остальные скрылись в глубине. «Дежурные» не уходили до самого вечера, может быть, они, как часовые, менялись, но мы видели их перед собой постоянно.
— Это наши верные охранники, — заметила Галя. — Каким-то чудесным образом они узнали, что мы здесь, и будут охранять нас от акул. Пока дельфины здесь, ни одна акула даже не приблизится сюда. Дельфин способен нанести ей смертельный удар своим носом.
— Я как-то заплыл за кораллы и там охотился, — сказал Волошин. — Дельфины проплывали рядом, открывали рты, и мне казалось, что они о чем-то переговариваются между собой.
— Они говорили: «Смотри, друг, наш младший брат — земная букашка плавает. Пригляди за ним, чтобы акула его не укусила», — заметила с улыбкой Галя. — Мы говорим, что они наши младшие братья, а они о нас думают наоборот, потому что мы не способны ни плавать так, как они, ни защитить себя от какой-то несчастной твари, называемой акулой. Поэтому они считают своим моральным долгом не позволять обижать братьев меньших.
— Галка, тебя послушать, так нам прямо сейчас надо идти на поклон к дельфинам, — засмеялся Волошин.
