– Да ты что?! – удивилась раздосадованная Инесса Павловна. – Боже мой! Да что случилось?!
Вера повалила Рябову на землю и насела на нее, сама не понимая причину своего гнева.
– Не отпустим, пока не скажешь!
Время, проведенное в лагере, обострило интуицию Веры. Она по собственному опыту знала, что слезы в лагере были следствием чего-то серьезного. Здесь, в лагпункте, все были на виду, и каждое горе становилось сразу всем известно. Вера была уверена, что Рябова не праздно расстроилась.
– Перестань! – не удержалась Полька. – Что на тебя нашло?
Рябова пищала под тяжестью Веры, но Вера смотрела на женщин с непривычной жесткостью и решительностью.
– Вы лучше не лезьте! – отрезала она. – Я ее не отпущу, пока она не скажет правду. Я вижу, когда врут. А она врет!
– Ты ее придушишь, – с негодованием прошептала Инесса Павловна.
– Невелика потеря! – выпалила Вера, сама изумляясь собственной жестокости.
– Пусти, – простонала Рябова. – Я не виновата!
– В чем не виновата? – насела Вера. – Что ты скрываешь от нас?
– Если я скажу, он меня убьет, – взмолилась Рябова.
– Ты о ком? – спросила Инесса Павловна, пригнувшись. – Отпусти ее, ты ее придушишь! Она расскажет, правда, Наташа?
Вера немного ослабила давление, но все еще сидела на Рябовой.
– Я ничего не знаю, – промолвила Рябова. – Правда не знаю. Только Грязлов просил говорить, что было на столе майора. Что там было написано…
– Ах ты, сволочь! – закричала на нее Вера и ударила ее наотмашь по голове. – Тихушница! Гадина! Предательница! Как ты могла?!
– Девочки, прекратите! – всплеснула руками Инесса Павловна, а Полька толкнула Веру в бок.
– Ларионов идет, полундра!
Ларионов быстро шел к женщинам. Вера уже соскочила с Рябовой и сама устремилась к нему навстречу.
– Что случилось? – сердито спросил он.
Вера, взбешенная и возбужденная, подскочила к нему.
– А вот что! – воскликнула она.
– Тише, Верочка, – сказал Ларионов и взял ее за локоть.
Вера огляделась и пошла рядом с ним в сторону его дома.
– А вот что, – сказала она вполголоса, но так же возбужденно и быстро. – Рябова шпионила за вами – подсматривала ваши записи и передавала все этому подонку.
– Я знаю, – спокойно ответил Ларионов, разглядывая лицо Веры.
– Знаете?!
– Нет, – тихо продолжал он, – я не знал точно, что шпионила именно Рябова, но понял, что кто-то стучит.
– Но как…
– Вера, меня вызвали в Москву. Завтра я уезжаю, – перебил ее он.
Вера раскрыла рот и стала растирать лицо руками.
– Вера, – сказал Ларионов, – идем в дом. Ты очень возбуждена. Там поговорим.
Вера пошла к дому, но потом остановилась.
– Я мигом…
Она повернулась и решительно зашагала к клумбе. Ларионов хотел остановить ее, но передумал. Он знал, что это было бесполезно.
Вера стремительно подошла к женщинам.
– Вот что, – сказала она с деловым видом, глядя на Рябову. – Ты ничего не говорила мне, понятно? Или нам всем будет плохо. Если ты хоть словом обмолвишься Грязлову про сегодняшний разговор, я блатарям скажу, что ты – сука, и они с тобой разделаются. И ты, Полька, смотри!
Вера пригрозила Польке кулаком, как то умело делала Клавка, и резко направилась к Ларионову.
– Вы поняли? – сказала спокойно Инесса Павловна с некоторой долей восхищения решимостью Веры.
Вера прошла мимо Ларионова и вошла в дом. Ларионов последовал за ней, не в силах скрыть улыбку. Вера направилась прямиком к нему в кабинет, налила себе в рюмку коньяку без спроса и быстро запрокинула ее. Ларионов стоял в дверях, ухмыляясь.
– Коньяк вряд ли поможет перебить запах лука, – сказал он ласково.
Вера посмотрела на него сердито.
– Я вас не принуждаю ко мне приближаться и принюхиваться! – бросила она язвительно.
– Для этого не надо приближаться, Верочка…
Вера всплеснула руками.
– Прекратите паясничать, – устало вымолвила она и плюхнулась на диван. – Не пытайтесь сделать вид, что вам все равно.
Ларионов раскурил папиросу и сел на край стола.
– Нет, мне не все равно, – медленно сказал он. – Мне не все равно, что ждет тебя и людей в лагере.
Вера посмотрела на него исподлобья и обмякла. Слезы набежали на ее глаза, но она промолчала.
– Вера, – продолжил Ларионов, – ты же знаешь, что теперь поездка неизбежна. И, несмотря на твое упрямство, ты должна мне кое-что пообещать.
– Что же? – буркнула она.
– Человек, который тебе поможет в случае… неприятного исхода событий… Ты должна держаться его.
Вера хотела возразить.
– Вера, Паздеев знает, что делать, если я не возвращусь в назначенное время или дам знать об опасности.
Вера сжала платье на груди.
– Господи, – прошептала она, боясь представить, каков мог быть «неприятный исход».
– Верочка, – ласково произнес Ларионов. – Я уверен, что все обойдется.
– Откуда у вас такая уверенность?! – не выдержала Вера. – Алеша тоже был уверен!
– Я знаю, – сказал Ларионов тихо. – Я знаю потому… что теперь я понимаю, зачем живу.
Вера всматривалась в его родное лицо. Она уронила голову на руки.
– Ты поняла меня?
Вера молчала, но потом кивнула, чтобы не расстраивать его.
– И вот еще что, – сказал Ларионов, и в глазах его заплясали огоньки азарта. – Что ты сказала женщинам – Рябовой, когда пошла к ним?
