– Всегда пожалуйста, – ответила та, забирая подарок. Момент явно требовал более развернутого ответа, но никаких подходящих слов на ум не приходило, так что Джейн встала, собираясь уйти, решив, что лучше уж не говорить ничего. Но уже у самых дверей ее настигла мысль, что, возможно, мистеру Винсенту захочется что-нибудь передать Мелоди, хотя она по-прежнему не могла заставить себя поверить в то, что тот может испытывать к ее сестре какие-то чувства.
– Может быть, вы хотите, чтобы я кому-то что-то передала?
Мистер Винсент покачал головой.
– Могу я навестить вас, когда поправлюсь?
– Безусловно, – Джейн прижала книжку к себе, – буду с нетерпением ждать возможности продемонстрировать вам плоды вашей благодарности.
Сейчас чароплет выглядел еще менее внушительно, чем в тот момент, когда Джейн вошла в комнату, но при этом казался куда менее подавленным. Джейн решила не утомлять его вежливыми прощаниями, памятуя о его нелюбви к политесам, и потому тихонько выскользнула из комнаты и направилась обратно в гостиную.
Ее тут же засыпали вопросами о здоровье мистера Винсента, и Джейн старательно ответила на каждый. Еще один вопрос не был задан вслух, но Джейн прочла его по нехорошо блестящим глазам леди Фитцкэмерон. Она ничего не сказала виконтессе, но, когда Эллсворты засобирались домой, не стала участвовать в обмене дежурными любезностями, обещаниями навещать друг друга и просьбами, чтобы леди Фитцкэмерон не покидала округу совсем уж надолго. И подаренную ею книгу забирать не стала – только ту, что дал ей мистер Винсент.
Потому что из двух подарков ей был дорог только один.
Когда все семейство уселось в карету и направилось обратно в Лонг-Паркмид, разговор снова вернулся к обсуждению деталей визита, и Джейн пришлось вытерпеть очередную порцию вопросов от родных.
– Теперь ты должна честно рассказать, как там наш дорогой мистер Винсент. Уверена, что леди Фитцкэмерон значительно приукрасила истинное положение дел, а на самом деле бедолага в шаге от смерти. – Миссис Эллсворт принялась обмахиваться веером, дожидаясь, когда дочь удовлетворит ее интерес к чужим недугам, конечно же, чтобы почерпнуть из этого рассказа какой-нибудь очередной симптом, который можно будет отыскать и у себя.
Джейн, в свою очередь, больше всего на свете желала поскорее избавиться от пристального внимания родственников и начать исследовать тот мир, что ждал ее под обложкой альбома.
– С ним все точно так, как я описала: он слаб, но демонстрирует все признаки того, что скоро полностью оправится.
– Отрадно слышать, – откликнулся сэр Чарльз. – Он, кажется, славный малый, и было бы весьма жаль, если бы он слег с ударом в столь молодом возрасте.
В этот момент Мелоди неожиданно утащила с колен Джейн альбом:
– А это что такое? Леди Фитцкэмерон подарила тебе старый дневник?
– Нет! – Та выхватила альбом у сестры из рук.
Мелоди залилась гневной краской и вздернула подбородок:
– Я не достойна того, чтобы поглядеть на подарок виконтессы?
– Джейн, дай сестре посмотреть. – Миссис Эллсворт похлопала ее веером по руке. – Не позволяй знакам внимания от леди Фитцкэмерон вскружить тебе голову.
– Со всем уважением, мама, это не тот подарок, который я имею право демонстрировать. – Джейн прижала альбом к груди, дрожа от гнева и незаслуженной обиды. Ее ругали за эгоизм – и это тогда, когда Мелоди забрала все, что было хоть сколько-то дорого Джейн, когда та получала поблажки лишь за то, что, в отличие от сестры, уродилась красавицей. Это было – и всегда было! – несправедливо.
– «Не вправе!» – передразнила Мелоди. – Ой, да как будто виконтесса выдала тебе какие-то особые указания! Мы все были там, Джейн, мы все видели, как она сделала тебе подарок. Хотя, должна заметить, это совсем не та книга, которую она тебе подарила.
– Что такое? – встрепенулся сэр Чарльз. – Ты забрала не ту книгу?
– Нет, вовсе нет, я оставила подарок леди Фитцкэмерон там, в гостиной.
Услышав об этом, леди Вирджиния испуганно охнула.
– Оставила в гостиной? Как ты могла! Ее светлость теперь подумает, что ты не захотела его забрать, и какой вывод она сделает из этого? Что ты мнишь себя выше ее подарков? Чарльз, вели кучеру немедленно поворачивать обратно!
– Помолчи минутку, – отмахнулся тот и снова взглянул на Джейн:
– Если это не та книга, что подарила тебе леди Фитцкэмерон, то где ты ее взяла в таком случае?
– Мистер Винсент… – Джейн почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. – Он хотел отблагодарить меня за то, что я спасла ему жизнь.
– Мистер Винсент? – В голосе Мелоди плескалось неподдельное изумление. – Ты предпочла подарок какого-то художника подарку леди Фитцкэмерон? В самом деле, Джейн, ты очень уж странная…
Джейн пристально взглянула на нее. Но на лице Мелоди не промелькнуло ни тени ревности – там вовсе не было ничего, кроме удивления, вызванного поведением старшей сестры. Но ведь Мелоди прямо сказала, что у нее есть возлюбленный, и если это не мистер Дюнкерк, то, очевидно, им должен был оказаться мистер Винсент. И раз уж это и не он тоже, то кто тогда?..
