пыталась выяснить причины этого, ей издевательски отвечали: «Пьеса перестала пользоваться успехом». — «А как же до самого последнего времени нельзя было достать на нее билеты?» — «Зрительское заблуждение», — говорили ей, а иногда вообще ничего не говорили, сразу вешали трубку[1272].
К потерям надо отнести и то, что после журнальной публикации повести «На испытаниях» книги И. долгие годы не появлялись в печати, и она в 1972 году даже написала своим рижским друзьям:
Отношение ко мне определяется полным фактическим умалчиванием и совершенной невозможностью что бы то ни было напечатать. <…> В общем, можно считать, что из числа действующих писателей я фактически выбыла. Меня это не слишком огорчает, потому что у меня есть другой род деятельности[1273].
А на склоне лет заметила:
Теперь я благодарю Бога за то, что он уберег меня от литературы… Там, как и в любой гуманитарной науке того времени, необходимо было «лгать» в той или в другой форме. А нам, математикам, «жить не по лжи» давалось просто. Пробраться через частокол формул было настолько трудно, что никто (кроме самых бездарных) не профанировал науку[1274].
С таким настроением в общественной жизни не участвуют. Она и не участвовала, лишь отослав в писательские инстанции письма протеста в связи с исключением из СП сначала А. Солженицына (1969), а затем ее близкого друга А. Галича (1971). Зато писала фантастически много, будто наверстывая упущенное в молодости: романы и повести «Маленький Гарусов» (1970), «Хозяйка гостиницы» (1976), «Кафедра» (1978), «Вдовий пароход» (1881), «Пороги» (1984), «Перелом» (1987). Не все печаталось с ходу, но ведь было же в итоге напечатано, и роман «Свежо предание» тоже наконец появился — сначала в США, затем и в России (1995), и пошли спектакли по пьесам и инсценировкам ее произведений, и пошли экранизации.
Критики и историки литературы вспоминают сейчас об И. редко, но ее книги переиздаются едва ли не каждый год, и это означает, что их ценят читатели. Да и как не ценить, если без них летопись советской цивилизации будет неполной и если, — сошлемся на авторитетное для многих и многих мнение Д. Быкова, — «Грекова <…> — это такое чудо стиля, очень экономного, очень нейтрального, выдержанного, спокойного, но при этом емкого. <…> Знаете, почитать Грекову — это как в жару под холодным душем постоять».
Соч.: Кафедра. На испытаниях. М.: АСТ, Астрель, 2011; Свежо предание: Роман. М.: Астрель, 2012; Перелом: Роман. М.: Астрель, 2012; Маленький Гарусов. Хозяйка гостиницы. Кафедра. М.: Вече, 2015; Аня и Маня: Повесть-сказка. М.: Мелик-Пашаев, 2019; Хозяйка гостиницы. М.: Союз, 2019.
Лит.: Е. С. Вентцель — И. Грекова: К столетию со дня рождения / Сост. Р. П. Вентцель, Г. Л. Эпштейн. М.: Юность, 2007.
Как утверждают биографы, в Красную армию И. записался уже в 14-летнем возрасте. Служил и на Восточном, и на Западном фронтах в роли политбойца, политкома и политрука, учился в Военно-политической школе, а затем, побывав и хозяйственником, был назначен оперуполномоченным 1-го отделения Секретно-политического управления ОГПУ СССР (1933), где «специализировался на работе с интеллигенцией»[1275], 27 февраля 1937 года вел, — по сведениям Р. Медведева, — первый допрос Н. Бухарина. Словом, именно в этом ведомстве И. прошел впечатляющую карьеру — от младшего лейтенанта в 1935 году до комиссара госбезопасности к февралю 1943 года.
