Он не должен поддаваться на уговоры старика, не должен был… если бы только Феакс не ныл так надрывно в углу. Хобарт понимал, что, согласившись однажды спасти Аргуменду, он и теперь не может отступить. Впрочем, ему ведь удавалось избежать кошмарной свадьбы до этого дня, значит, не все потеряно и, возможно, снова найдется способ удрать. С другой стороны, если он даст слово и опять пойдет на поводу у короля, то попадет в настоящую ловушку: дурацкие угрызения совести не позволят ему бросить невесту даже по уважительной причине. А вдруг ему… понравится запутываться все больше и больше?
Феакс сидел перед ним, тревожно втягивая носом воздух.
– Мы уходим прямо сейчас? – прорычал он. – Я иду с тобой. Ты спас меня от превращения в домашнюю кошку, и я сделаю все, что ты скажешь.
Когда Хобарт задержался с ответом, хвост Феакса неслышно задвигался вправо-влево-вправо. А по кошачьим традициям размахивание хвостом означает совсем не то, что по собачьим.
– Хорошо, – вздохнув, проговорил Хобарт.
С каждым шагом тщетность предприятия становилась все более очевидной для Хобарта. Ему надо было одновременно: а) спасать Аргуменду и б) либо искать наемников для защиты Логайи среди тех же варваров, либо – в случае неудачи – сеять смуту среди варварских племен а-ля Лоуренс Аравийский[12], чтобы задержать вторжение и дать возможность королевству снова собрать армию. Но, дав слово, черт бы их всех побрал, держи; и ему придется справиться со всем этим.
Перво-наперво он сделал то, о чем никогда бы не догадался ни один логаец, хотя все они жутко гордятся логическим мышлением: выяснил, куда полетел Законс со своей добычей. Опросив огромное количество жителей Оролойи, наблюдавших за полетом колдуна, он наложил маршрут на карту города, продлил его за пределы Оролойи и понял, что похититель направился прямиком в страну Паратай. Там обитало одно из варварских племен, постоянно конфликтующее с королем Гордиусом. «Разумеется, – размышлял Хобарт, уныло опираясь на здоровенный меч в ожидании лошади и прочей походной амуниции, – нельзя отрицать возможности того, что Законс где-то развернулся или полетел зигзагообразно, сбивая с толку возможных преследователей».
Но надо же было с чего-нибудь начать. А с учетом обычно не слишком ловкого поведения логайцев вероятность прямого полета колдуна в убежище (если, конечно, у него есть убежище) была не так уж мала.
Он вяло махнул мечом. Что за рухлядь, вот сейчас бы автомат! Хобарт ничегошеньки не знал о методах боя на мечах и совсем не горел желанием узнать. Но поскольку единственным огнестрельным оружием здесь служили мушкеты, на перезарядку которых уходили драгоценные минуты, ему надо было припасти что-то на всякий случай.
В конце концов после долгих слезливых объятий старших Ксирофи, Хобарт взобрался на лошадь и направился к варварам. «Возможно, – печально думал он, – я самый несчастный и неподготовленный странствующий рыцарь этой страны великих героев и подлых негодяев».
На второй день путешествия по стране варваров Роллин Хобарт и Феакс двигались между цилиндрическими дюнами, возвышающимися по обе стороны дороги. Неожиданно лев зарычал, и Хобарт остановился. Феакс стоял, широко раздвинув лапы, морщил нос и бил себя хвостом.
– Чувствую приближение людей, – объяснил он.
Ну что ж, пока рано волноваться. Он поднимет флаг Логайи – точную копию штандарта короля Гордиуса вплоть до слова «ПРИВЕТ!» – и станет ясно, что он посол, то есть персона неприкосновенная.
По песку мягко застучали копыта, и из-за ближней дюны вывернула группа вооруженных всадников. При виде Хобарта и его спутника они издали воинственный клич и перешли на галоп. Хобарт поднял знамя: всадники поскакали еще быстрее. Пождите-ка минутку, а вдруг эти парни не знают про дипломатическую неприкосновенность? Над головой инженера просвистела стрела, за ней другая.
– Мы отступаем или сражаемся, принц? – вопросительно рыкнул лев.
Быстро соображающая часть мозга Хобарта в этот момент была занята тем, как бы убедить остальные части в том, что стремительно приближавшиеся люди опасны – они скачут с мыслью об убийстве, и они действительно могут убить его прямо сейчас! Трясущиеся пальцы потянулись за зажигалкой. Он бросил флаг, зажег запал и подготовил мушкет к выстрелу, пусть только подъедут поближе. Феакс издал грозное рычание и замер в ожидании нападения. В последнее мгновение картина изменилась: люди соскочили с лошадей, и, выставив их живым щитом между собой и мушкетом, продолжили наступление.
– Подними штандарт, Феакс! – успел крикнуть Хобарт.