- У домашних партизан, - улыбается Рудольф. - Они кажут, что я оккупант, и допрос снимают... - Потом оглядел себя, словно впервые увидел этот наряд: - Дали вот такой одяг, чтобы всем было ясно - не оккупант я!
- Что это еще за домашние партизаны?
- Ну, как сказать... Они с оружием, на всех дорогах стоят, в деревни зайти не можно. Домики свои охраняют...
Я понял, Рудольфа задерживали отряды самообороны, организованные Ельским райкомом партии.
- Раздевайся, докладывай, какие новости принес?
- Хорошо! Очень хорошо! - весело говорил он. - Тетушек устроил, соединил их с Налепкой. Я и завтра ночью вам можно с ним повстречаться.
- Позвольте, кто поручал вам договариваться с Налепкой? - настораживается Петрушенко.
Я тоже забеспокоился.
Смутившись под нашими строгими взглядами, Рудольф растерянно говорит:
- Так получилось... Выезжаю из леса под Ельском. Передо мной, как от господа бога, сам пан Налепка. Он нашу подводу на машине обогнал. Бежать некуда. Вынимаю документ, что я есть солдат Чембалыка, иду с Буйковичей. «О, Рудольф, знаю... Ты же к партизанам ушел?..»
Ну, думаю, зацапали, а дух держу... Говорю ему: «Раздумал. Вот тетушек встретил - от партизан удирают. Покалякал с ними и вернулся».
Налепка покачал головой и заставил меня идти за ним. Что делать? Пошел. Направляемся к лесу, а он ласково так расспрашивает: видел ли партизан, почему вернулся, скучаю ли о родных? Подошли к лесу. Неужели, думаю, стрелять будет? А он, строго так кажет: «Возвращайся к партизанам, напрасно хорошее решение меняешь на каземат». - «Хорошо, - отвечаю, - уйду. Только помогите тетушек с малыми ребятами устроить».
Повернули мы обратно к подводе. Он сразу Галю узнал и хорошо так с ней поздоровался. У меня от сердца отлегло. Набрался смелости, говорю:
- К вам особый разговор есть, пан капитан.
- Скажи лучше правду - видел ли партизан?
- Як правду, то правду, - отвечаю ему. - Только для чего вам? - Тут я и придумал свою сказку, будто ищет капитана парашютист из Москвы...
Подумал он о чем-то, долго-долго смотрел на меня и говорит:
- Приводи того парашютиста в деревню Ромезы, к учителю Содольскому, и объясни, как его отыскать.
Нашел я учителя. Пожил у него несколько дней. Вижу, человек подходящий. Я и ему выложил свою сказку.
- Давай, говорит, скорей сюда парашютиста! А где мне его взять? Он же выдуманный.
Слушая рассказ Рудольфа, мы невольно улыбались его бесхитростной выдумке. Он заметил наши улыбки и, видимо решив, что ему не верят, обиженно умолк.
- Продолжайте, Рудольф, мы ждем, - поощряя его, спокойно сказал Петрушенко.
Лицо Меченца просветлело.
- Ну вот. Надо мне как-то выпутываться. Подумал и кажу, что парашютиста искать долго. А целую партизанскую дивизию найти легче... Тут я целые переговоры с паном капитаном через учителя завел. И вот порешили: завтра в двадцать три ноль-ноль по московскому часу вы должны быть в Ромезах у Содольского. Он устроит встречу с Налепкой.
- А не думаете ли вы, - довольно сухо спрашивает Меченца Костя, - что все обещания Налепки и Содольского - такая же чушь, как то, что наговорили им вы?
- Я делал то, что потрибно. Мой командир, - Рудольф взглянул на меня, - должен иметь связь с офицером штаба моего полка. Я этого добился. Если то не надобно вам и не позволено было мне делать, то, значит, я есть виноватый во всем.
- Где Галя?
- Налепка наказал им ехать в Ельск и молвил, что добре их пристроит.
- Да, добре, - с нескрываемой неприязнью обрушивается на Меченца Петрушенко. - Она арестована в Овруче!
- То не может быть, не может быть... - глухо отзывается Рудольф.
- Я послал в Овруч людей. Проверим, что произошло. К утру будем иметь данные. - Петрушенко поднялся и, не прощаясь, вышел.
- Иди отдыхать, Рудольф, да не волнуйся, что-нибудь придумаем, - сказал я расстроенному партизану.
- Ну як, двинем на охоту? - спрашивает Рева. - Осмотрим местность на всякий случай, подберем тайные дороги про запас.
- На охоту?.. Придется отложить!
- Жаль... жаль, - тянет Павел. - Тогда давай хоть просто объедем ближайшие деревни. Хочешь, махнем в Ромезы? Там один хозяин такой табачок делает с вишневым листом, ну прямо золотое руно. А воздух в лесу!..
Не дождавшись моего ответа, Рева с нескрываемым разочарованием бурчит:
- А я и маршрут наметил, конный взвод Лаборева послал в Ромезы.
- Зачем?
- Да ты не хвылюйся! Хлопцы поехали под видом полиции. Им нужно найти лесничего с Мозыря, який буде водить по лесу против нас гитлеровских вояк. А заодно, может, эшелон под откос кинут на железке...
Я невольно улыбаюсь про себя: Рева уже усвоил местные выражения. Здешние жители действительно называют железную дорогу Овруч - Мозырь железкой.
- Позови-ка лучше Рудольфа, - прошу я, а сам принимаюсь выверять маршрут поездки.
Это, пожалуй, хорошо, что Павел послал людей в Ромезы.
- Как найти Содольского? - обращаюсь к вошедшему Рудольфу. Он просиял, услышав этот вопрос.
- То не будет напрасным ваш визит к Содольскому, - задыхаясь от волнения, говорит Меченец. - Если Налепка нехороший человек, Содольский даст связь до самого Репкина!
- Ты думаешь?
