— Не понял? — Кирилл сгорбил спину и с недоумением уставился на выпирающий из-под рубашки живот, — причем здесь мой галстук?
— Не при чем. Просто давно хотела спросить. Они у тебя абсолютно все одинаковые. Это жутко раздражает.
— Ах, ну конечно. Ты же у нас лучше всех знаешь, как следует выбирать вещи. — Слегка сбитый с толку и раздосадованный, он скрестил руки на груди и посмотрел помутневшим взглядом. — Да ещё я попался на твою удочку как последний дурак, и не знаю, что теперь делать. Ты — как смертельный яд. Вот, честное слово, яд, действия которого мне не удалось избежать. Как ты всё это делаешь?
— Делаю, что? — стараясь не запаниковать, Лиза схватила шампанское, сорвала золотинку, и принялась отвинчивать пробку дрожащими пальцами.
— А ну-ка, дай сюда. — Кирилл отобрал бутылку и быстрым движением спрятал в холодильник, заодно выключив на плите чайник, исходящий паром. — У тебя вино еще осталось, между прочим. О, нет, нет! — заметив вспыхнувшие щеки и опасно повлажневшие глаза, он в отчаянии вскинул руки, — давай договоримся вести себя спокойно, без истерик и слез. Знаешь… давно хотел спросить. Почему ты рассталась со своим парнем?
Лиза обмякла на стуле, уставившись невидящим взглядом в стену. Все происходящее напоминало тягучий, призрачный сон. Сон, из которого никак не получалось выбраться. Он закручивался спиралью, принимая причудливые обороты и заставляя испытывать ужас, без малейшего права поменять сюжет. Неизвестно, что было лучше — остаться навсегда в бесконечном кошмаре, или вырваться в реальность, которая была ничуть не лучше. А в чем-то даже хуже.
— На, выпей. — Кирилл протянул стакан с водой, и со вздохом подкурил сигарету, — видела бы ты себя сейчас со стороны. Я же ничего особенного не сказал. Ты и так прекрасно знаешь, что нашим встречам когда-нибудь придет конец. Ведь знаешь? Скажи, я хочу это услышать.
— Да, знаю.
— И как бы ни грозилась, ты никогда не сможешь признаться сестре.
— Не смогу. Не смогу, и поэтому, ты ведешь себя так нагло? — Лиза засмеялась тихим, безжизненным смехом. В голове хороводом крутились давно забытые картинки: она вспоминала, как легко было когда-то до встречи с Кириллом; как по-семейному текла ее жизнь, до того самого вечера, пока все в одночасье не рухнуло, не рассыпалось на тысячи мелких осколков. Она с тоской посмотрела в поблескивающие стальные глаза, и снова чуть не расплакалась, — Кирилл так и сидел, закинув ногу на ногу, и терпеливо ждал ответа.
— Если хочешь знать, мой бывший парень бросил меня из-за денег. Уехал в Америку, в погоне за лучшей жизнью. В один прекрасный день я пришла домой, и меня встретила пустая, холодная квартира. И только потом я нашла прощальную записку с объяснением. Видите ли, ему было стыдно признаться во всем, глядя мне в глаза. Вот скажи, почему вы все такие трусливые?
— Не обобщай, пожалуйста. Все люди разные. Да и почему ты решила, что проблема только в мужчине? Судя по твоему характеру, сбежавшему парню тоже пришлось несладко.
Лиза громко фыркнула. С каждой минутой разговор нравился все меньше — она не видела в нем смысла, каждое слово отдаляло настоящее и превращало когда-то близких людей в размытые, ничего не значащие тени.
Словно почувствовав ее состояние, Кирилл отодвинул пепельницу в сторону и осторожно опустился на корточки перед стулом. В белой рубашке и строгих, идеально выглаженных брюках, он выглядел забавно и играл неподходящую образу сценку, оставаясь чересчур серьезным и оттого совершенно неискренним.
— Ладно, давай сегодня забудем все плохое. Не хотел признавать, но ты мне тоже небезразлична. В какой-то степени. — Он пододвинулся ближе и обхватил ладонями колени. — Честное слово, сам не пойму в чем тут дело. Иногда мне кажется, что ты ведьма, — взяла и заколдовала, пока я мирно спал в своей постели. А в голове бардак и все плывет, как в тумане. Даже работать стало невозможно — в каждой женщине я почему-то вижу тебя. Как думаешь, что это значит?
— Понятия не имею. Может, тебе нужно сходить к врачу и проверить голову?
— Не уверен, что это меня спасет. — Решив, что красивых жестов на сегодня достаточно, он поднялся и, отряхивая несуществующие пылинки с брюк, улыбнулся.
— Вот, как всегда, ты снова отвлекла меня от главного. Или Кристи уже успела все доложить?
Лиза отрицательно покачала головой и внутренне напряглась от нехорошего предчувствия: казалось, что слова «извини, но в твоей помощи мы больше не нуждаемся», уже незримо повисли в воздухе.
— У Регины Викторовны завтра день рождения, и я собираюсь поехать к ней в гости. Вместе с тобой.
— Что? — от неожиданности перехватило дыхание. Так вот о чем она хотела попросить! Со своими душевными проблемами, из головы напрочь вылетели все важные события. А ведь совсем недавно она упрекала Кристи в эгоизме и невнимательности.
— Купим торт, цветы. Я познакомлюсь с мамой, и торжественно сообщу о будущей свадьбе. А ты скажешь, что Кристи не получилось отпроситься с работы. Ведь скажешь?
