За обозом, фургонами, продовольствием и повозками шла армия. Сначала бывшее войско наемников, потом сотни и сотни лучников, Айрис и Эларан, северные ирки, Урк Моган, Злой Кот, Типпит, Джек Кейвс и Криворукий, все трезвые, собранные, начищенные. Безголовый ухмыльнулся Калли, и они со Смоком отсалютовали императору и выстроили лучников, а сэр Данвед вывел на поле пехотинцев. Сэр Милус поднял копье, знамя Святой Екатерины опустилось, и у Габриэля на глаза навернулись слезы.
— Как будто я смотрю на свою молодость, — сказал он и обнял Изюминку.
Позади него рыцари без всякого приказа вскакивали на коней и выстраивались в ряды, как будто после четырех часов беспощадной муштры им больше всего хотелось стоять на параде.
Том Лаклан выехал вперед и тоже обнял Изюминку. Она ухмыльнулась.
— Говорят, ты победила, — сказал Плохиш Том.
Теперь она улыбнулась по-настоящему.
— Да уж.
Войско выстроилось в длинную колонну из шестнадцати отрядов: четыре рыцаря, четыре оруженосца, четыре лучника, четыре пажа, четыре человека в ширину и четыре в глубину.
Изюминка подняла жезл:
— Войско! Стройся в линию! Направо поотрядно! Марш!
Колонна зашевелилась, каждый отряд четко поворачивал направо, и вскоре на месте колонны стояла шеренга из нескольких сотен человек, облаченных в доспехи.
— Стой! — крикнула Изюминка.
Наступила тишина. Изюминка обнажила меч и четко отсалютовала им. Рыцари графа Симона выходили на поле Арле левее войска, а за ними шли новые солдаты, и их было очень много: арбалетчики, копейщики, вениканские моряки.
А вот войско наемников позабыло о дисциплине: люди обнимали своих друзей, жены бежали к мужьям, рыцари спрыгивали с коней. Император сиял, глядя на них, а когда лицо Изюминки сделалось грозным, положил руку ей на плечо.
— Пусть, — сказал он.
Взял Майкла, Тома и Изюминку и поехал поздравить графа Симона, пожать ему руку и осмотреть его рыцарей перед встречей с остальными офицерами.
Вечером в армейских запасах вина и эля образовалась значительная брешь, так как две армии заново знакомились и рассказывали свои истории. Рассказы о колдовстве патриарха соперничали с рассказами об умбротах, Длинная Лапища порадовал старых товарищей историей о саламандре и повторил ее для Габриэля и Моргана Мортирмира — во второй раз вышло хуже, потому что рассказчик был уже пьян. Арьергард под командованием герцогини Вениканской в сумерках слегка взбунтовался: они шли весь день, чтобы успеть к сроку, а вечером им дали не еды, а вина.
Забивали скот и разводили новые костры, люди ходили между ними, разговаривая и слушая. Длинная Лапища обнаружил, что одной рукой обнимает Калли, а другой — Безголового и слушает рассказ о зарядке пушки перед мордой живого чудовища. Граф Симон восседал на корзине для доспехов с роговым кубком и слушал Филипа де Бозе, который говорил о турнирах. Изюминка побыла с графом Заком, но потом решила, что желает гулять и наслаждаться своим триумфом, а он захотел выпить с нордиканцами, поэтому она оставила его и бродила по полю, кутаясь в старый плащ.
Она уже здорово набралась, когда увидела Тома Лаклана, который стоял совсем один и смотрел на звезды. Она хотела пройти мимо, но он уже заметил ее, повернулся, споткнулся и усмехнулся. Они смотрели друг на друга как настороженные хищники.
— Я слышала, ты убил умброта копьем, — сказала она.
— Да он и так был дохлый, — ухмыльнулся Том.
Это страшно развеселило обоих, и они засмеялись.
— А ты победила патриарха.
— Полная хрень, — скривилась Изюминка. — Легкая добыча. Хотя вообще-то нет.
— Да уж. На войне легко не бывает.
— Они просто берут и умирают. Люди умирают. — Она посмотрела на людей вокруг костра. — Я вообще даже не любила Кронмира, а он подох.
Том кивнул.
— Не смей умирать, Том, — велела Изюминка.
— И ты не смей, — сказал Том Лаклан и поцеловал ее. Она отшатнулась, сбросила с плеч плащ — вечер был теплый — и побрела к одному из костров, где разливали вино.
Сью выбралась из своей повозки и взяла Тома за руку.
— Так и знала, что вы будете вместе, а я останусь не у дел.
Том посмотрел на Изюминку, а затем на Сью.
— Не, — сказал он. — Я вообще о ней ничего такого не думаю.
— Даже когда напьешься?
Том вдруг обнаружил, что под киртлом на Сью ничего нет.
— Я не настолько пьян, — сообщил он, провел рукой по ее голой ноге, поднимаясь к бедру, и тихонько зарычал.
— Надеюсь, — промурлыкала Сью.
Весь следующий день сэр Майкл только и делал, что раздавал приказы. Он проводил встречу за встречей, большинство — на огромном поле, где дюжина других офицеров устраивала смотры, оружейники проверяли оружие, мастера-лучники раздавали пучки стрел, кто-то кормил лошадей, кто-то чинил обувь, а магистры создавали магические стрелы. Майкл составлял списки и передавал их по назначению, определял порядок движения и командиров.
