В политическом, конфессиональном и социальном отношении Казанское ханство (1438–1552) выгодно отличалось от своих соседей, наследников Золотой Орды. С постепенным переходом от кочевого к оседлому образу жизни получило начало установление собственности, под влиянием которого стали выделяться общественные классы. Исламская религия и память о великом наследии Булгарии предопределили быструю культурную консолидацию тюркского населения Казанского ханства, став в первую очередь фактором, определяющим самосознание рождающегося этноса казанских татар.
В материальной культуре и системе хозяйствования населения Казанского ханства переплелись и оформились в новое качество земледельческие, скотоводческие, ремесленные и торговые традиции тюрков, булгар, финно-угорских (марийцы, мордва, удмурты) народов Среднего Поволжья, кочевников монголов и кипчаков. Повсеместно на территории ханства утверждается оседлость, расцветает земледелие, на смену скотоводству приходит животноводство. Возрождаются ремёсла и торговля. Казань становится преемницей Булгарии как центр транзитной торговли между Востоком и Западом. В период Казанского ханства оформляется язык казанских татар и мишарей (старотатарский).
Этногенез волжских татар был подготовлен всей предшествующей историей Волго-Уральского региона. Образование Казанского ханства дало татарам государственную организацию, в рамках которой сложилась социально-классовая структура этноса, прочно вошла в сознание людей религиозная исламская идеология, ставшая одним из главных факторов этнического самосознания, наконец, сложился феномен самобытной культуры татар Среднего Поволжья. В связи с этим становится понятным и быстрое становление Казанского ханства как самостоятельного и достаточно сильного государства.
В глазах своих соседей и особенно крепнущего Московского государства Казань была одновременно правопреемницей Золотой Орды и Волжской Булгарии. Европейские и русские исторические документы XV–XVI веков достаточно ярко свидетельствуют об этом. На протяжении указанного периода в отношении Казанского ханства и его населения продолжают употребляться названия: «Царство Болгарское», «болгары» и одновременно «казанцы», «Казанское царство», «татары казанские», «татары». Население ханства неохотно принимает это имя, предпочитая называть себя болгарами или бесермянами. Этноним «болгар» как самоназвание сохраняется в сознании части татарского населения вплоть до сегодняшнего дня.
Эти настроения всячески поддерживались татарскими мурзами, не пожелавшими перейти на русскую службу, и особенно активно духовенством. Название «татары» становится символом противостояния и на первых порах в этом смысле, а позже уже по инерции, начинает укрепляться в сознании татарского населения. Оно неизменно сохраняется в языке официальной статистики, делопроизводства, литературы Российской империи XVIII – начала XX века, что не могло не способствовать дальнейшему его утверждению.
Татары селились на башкирских землях как отдельными деревнями, так и проживали вместе с русскими, башкирами, чувашами и другими народами.
История татарских деревень Инзерского района – это отражение судьбы татарского народа в период колонизации их как башкирских, национальной политики царского правительства, стремившегося сохранить мир и спокойствие в империи за счёт народов, её заселяющих.
Дружба простых татар и башкир Инзерского района – пример для подражания всем народам, проживающим как в районе, так и в республике. Мир и дружба между близкими по культуре и вере народами служат сохранению богатого духовного и культурного наследия.
Ильясу Хызырову доподлинно известны истории образования татарских деревень в Инзерском районе, таких как Шакировка, Сагитово, Тукамаклы и другие.
Расселение чувашей в Башкортостане, в том числе в Инзерском районе, вообще оказалось захватывающим для Ильяса Хызырова. Оно началось на его малой родине в середине XVII века, массово происходило в XVIII–XIX веках по причине малоземелья на их исторической родине. Ильяс Хызыров даже тщательно изучил предания местных чувашей-старожилов, а также историю соседнего с его родным селом Тавакал чувашского села Казанка. Жители Казанки в конце XVIII века купили у тавакаловцев их вотчинные неудобные земли, привели их в порядок и начали там строить собственное национальное селение на территории Инзерского района.