========== Глава 3 ==========
Яманская, икая от испуга, опознала всех. Ланган слушал это противное икание, вел ее за плечо от одного, другого, третьего.
Трупы сгрузили рядком у парадной. Прохожие редко останавливались и не глазели на то, как санитары ворошили тела. Все привыкли к трупам за годы блокады.
— …Костя Порченый… Лешка Тля… Андрей Ширмач… Илья, племянник Ворона…
— А это кто? — майор шевельнул мыском сапога распухшее тело с сине-зелеными впалыми щеками.
— А это не наш! — девушка встрепенулась.
— Все, уводите.
Ланган отпустил ее плечо и, наморщив лоб, склонился к неизвестному мертвец. Рядом на корточки присел участковый, без стеснения схватил жмура за рукав, потянул. Запястье оголилось. На нем черная наколка — бубновый туз.
— Сашка Козырь это, из банды Миши Выборгского, — уверенно заявил старший лейтенант.
Андрей Януарьевич кивнул. Про такого маза он знал. Мишу Выборгского убили еще в мае, когда зацвела пахучая черемуха. Труп выловили из Екатерингофки. Далековато Миша забрался, однако. Списали тогда на кировских, но теперь, когда правую руку Мишки кокнули, стало ясно, что это никакие не кировские, а вообще хрен знает кто. Яснее от этого, конечно, не стало.
Жмуров стали грузить в полуторку, и дворник размотал длинную пожарную кишку. Ланган отошел подальше под арку, чтобы не забрызгало. На противоположной стороне проспекта стоял постовой. Майор посмотрел сначала на часы, затем на милиционера. Быстро перешел улицу в неположенном месте, за что получил предупредительный свисток.
— Документы предъявите, товарищ.
Андрей Януарьевич сунул ему под нос удостоверение и, не отвечая на почтительное козыряние, спросил:
— На посту с девяти стоишь?
— Так точно, товарищ майор. Явился в половине девятого, прогулялся по проспекту, ждал, когда у Трофимова смена кончится.
— Трофимов сейчас где?
— Дома, наверное. Отсыпается.
— Ничего странного не слышал.
— Слышал. Выстрелы. Уже хотел кинуться, но из-под арки машина выехала.
Ланган спросил шепотом, едва не дрожа от охватившего его охотничьего азарта:
— Что за машина?
— ГАЗ АА, госномер ЛЕ 35-40, — у постового память была цепкая, фотографическая, как и положено.
Трупы уже погрузили, закатали под брезент. Хлопнул закрываемый борт кузова, и полуторка отъехала. Ланган сел в служебную черную ГАЗ-11-73 и, посмотрев в зеркало заднего вида на Яманскую, сказал водителю:
— В отдел!
Пока задержанную оформят, пройдет минут двадцать, а то и тридцать. Андрей Януарьевич успел съесть свой паек и поднялся на третий этаж в диспетчерскую.
— Соедините с ОРУД. Готово?
Сам взял трубку, вызвал начальника ОРУД. Получив положительную санкцию, кивнул дежурной, которая переключила передатчик на волну ленинградских постовых и машин ГАИ.
— Внимание! Всем постам РУД и ГАИ! Перехват. ГАЗ АА, госномер ЛЕ 35-40. Преступники вооружены. Соблюдать осторожность.
Он убрал микрофон и, устало потирая занывшую переносицу, сказал:
— Зина. Свяжитесь с ГАИ. Мне нужны данные по этой машине. Информацию передадите Нечипоренко, я попрошу его зайти к вам.
Впереди был допрос. Андрей Януарьевич походил по коридору, размялся. От этой нехитрой гимнастики в голове немного прояснилось.
Ворона кончили, избавили ОББ от лишних хлопот. За это спасибо. Дело закрыто, от начальства благодарность. Про Потапенко и иже с ним сейчас было думать не время. Мысли все крутились вокруг Козыря и наколки.
Раз Мишу Выборгского шлепнули, то район ничейный. Должна завязаться свара за передел земли. Но свары не было. И в утренних, дневных и вечерних сводках Выборгский стоял на предпоследних местах. С мая шли только мелкие грабежи, но часто всплывали жмуры, Мишины жиганы. Потом и жмуров не стало. Тихий район стал, спокойный, а раньше бывало, что постовых среди бела дня резали. Надо будет посмотреть сводки внимательнее.
Нечипоренко пришел последним и дверь за начальником тихо запер. Совещание начал Ланган с холодного изучающего взгляда.
— На Заневском десять жмуров. Вся кодла Ворона. Что скажете?
— Свои почекрыжили. Не поделили.
Это Акимов, способный парень, не дурак дураком. Всегда отвечает первым.
— Правильно мыслишь, Акимов. Но что могли не поделить?
— Для такого размаха нужно что-то крупное. Не из-за бабы же.
Потапов. В уголовном розыске давно, еще с первых лет советской власти. Крепкий еще старик, ум острый.
— Хрустов и цацек изъяли у Ворона пять чемоданов. Ведется опись. Но пришли не за хрустами.
— Значит, власть.
Петров. Молод, юн, но старается, учится. Его Ланган не строго осек:
— Какая может быть власть у беспредельщика с Калинки? Ворона уважаемые люди даже в грош не ставили. Все свои дела за Невой он сам решал. Грызня с володарскими когда была? Летом? А сейчас уже осень. Что по Володарскому?
— Тихо у них там. Маза нет. Ворон с Корелшей перессорился, завалил того в перестрелке, — ответил со своего угла Потапов.
Ланган потер лоб и сел на стул. Значит, за Невой земля ничейная? Быть такого в Ленинграде не может. Маз там есть, по-любому есть. Но вот кто? Неужели эта самая Ханша? Что за баба? Откуда?
