На оба фланга направлялись еще два отряда Айз Седай, но поменьше числом. Когда-то эти холмы покрывала буйная зелень; теперь же они стали желто-бурыми, словно выгорели на солнце. Эгвейн прикинула, какие у нее преимущества. По крайней мере, земля здесь твердая, и хотя небо время от времени рассекали молнии, дождя, похоже, не намечалось.
Накатывающаяся бесконечная волна троллоков словно заполнила собой весь горизонт. У Эгвейн была громадная армия, но теперь она казалась крошечной. К счастью, одно преимущество у нее все же имелось. Троллоков гнала необходимость постоянно двигаться вперед. Иначе их масса утрачивала единство, распадалась, они начинали цапаться между собой и страдать от недостатка еды.
Армия Эгвейн играла роль барьера. И приманки. Отродья Тени не рискнут оставить у себя в тылу такое многочисленное войско. Это недопустимо. И поэтому Эгвейн вовлечет их в бой на своих условиях.
Ее Айз Седай заняли свои места на поле сражения. Брин разделил армию на крупные и в высшей степени мобильные ударные отряды, чтобы бить троллоков в любой момент, когда в их рядах обнаружится уязвимое место.
Казалось, атакующее построение человеческих войск сбило троллоков с толку. По крайней мере, на такую мысль наводила суета в их рядах, хаотичное движение и усилившийся шум. Нечасто троллокам приходилось держать оборону. Как правило, эти чудовища нападали, а люди защищались. Боялись. Люди были для троллоков едой.
Эгвейн поднялась на невысокий холм и взглянула на кишевшую троллоками кандорскую равнину. По обеим сторонам от своей предводительницы выстроились в длинную шеренгу Айз Седай. Оставшимся у них за спиной солдатам было не по себе. Еще бы! Ведь это были Айз Седай, а рядом с женщинами из Белой Башни любой мужчина чувствует себя не в своей тарелке.
Из кожаного чехла, висевшего на поясе, Эгвейн вытянула длинный и тонкий белый предмет – рифленый жезл,
Женщин окружило сияние Силы – так, словно разом вспыхнул ряд из сотни фонарей. Обняв Истинный Источник, Эгвейн почувствовала, как Единая Сила наполняет ее, будто могучий водопад, и раскрывает ей глаза. Мир стал ярче и богаче цветами, а запахи истоптанной травы и смазанных маслом доспехов – сильнее.
В объятиях саидар Эгвейн замечала признаки того, что пыталась скрыть от нее Тень. Трава не умерла: крошечными светло-зелеными побегами она цеплялась за жизнь. В ней сновали полевки: теперь Эгвейн отчетливо видела, как рябит бурое покрывало, когда зверьки, отказываясь умирать, выискивают и глодают сухие корни.
С широкой улыбкой она вобрала Единую Силу через рифленый жезл и в этом потоке мощи и энергии почувствовала себя одиноким мореплавателем, поймавшим попутный ветер. Троллоки – ревущая, зловонная масса оружия, клыков и глаз, слишком похожих на человеческие, – наконец-то пришли в движение. Быть может, мурддраалы, заметив в переднем ряду Айз Седай, решили пойти в атаку, чтобы уничтожить способных направлять людей.
Другие женщины ждали знака Эгвейн. В круг Айз Седай соединяться не стали, поскольку тот больше подходит для точной работы сфокусированным потоком Единой Силы, а сегодняшняя цель состояла не в этом. Сегодня требовалось просто уничтожить врага.
Когда троллоки преодолели половину расстояния до холмов, Эгвейн приступила к делу: создала самое простое и разрушительное плетение Земли, в работе с которым отличалась необычайной силой. Она пронзила прядями Земли почву под ногами троллоков, сформировав длинную полосу, а затем вздернула ее к небу. С помощью са’ангриала Воры проделать это оказалось не труднее, чем подбросить пригоршню камешков.
Следуя ее примеру, женщины в шеренге создали собственные плетения, и воздух расчертили сияющие пряди. На троллоков проливался огонь, под ними дыбилась земля, а порывы ветра швыряли их друг на друга, замедляя продвижение всего войска.
Подброшенные Эгвейн троллоки, многие без конечностей, начали падать на землю. Ломались кости, и монстры завывали от боли под ногами у своих собратьев. Эгвейн дождалась, пока вторая шеренга не запутается в первой, а затем ударила снова, на сей раз сосредоточившись не на земле, а на металле. На броне, наручах и оружии. Она дробила мечи и топоры, разрывала кольчуги и нагрудники, хотя те попадались нечасто, и во все стороны разлетались смертоносные осколки. Воздух покраснел от фонтанов крови. Третий ряд было остановился, чтобы не угодить под град металла, но напор следующих шеренг оказался слишком силен, и троллоки выталкивали своих собратьев в зону смерти, после чего втаптывали их тела в землю.
Следующую волну Эгвейн прикончила тем же способом. Разрушать металл трудно – труднее, чем взрывать землю, – зато не так заметно для задних рядов, и пока те, не понимая, что творится, толкали товарищей вперед, Эгвейн уничтожала шеренгу за шеренгой.
