Выслушав его приказы, Айяд ретировались, но Шендла осталась, ожидая персонального разрешения. По приказу Демандреда она следила за окрестностями, высматривая новых убийц.
– Волнуешься? – спросил он ее. – Ты же знаешь, на чьей стороне мы сражаемся. Насколько мне известно, ты не примкнула к Тени.
– Я примкнула к тебе, Дивий.
– И ради меня дерешься бок о бок с троллоками? Полулюдьми? Существами из кошмаров?
– Ты говорил, что некоторые назовут твои поступки злодеяниями, – ответила она. – Но я вижу все в ином свете. Наш путь ясен. Одержав победу, ты перестроишь мир и сохранишь наш народ. – Шендла взяла его за руку. В глубине души у него что-то шевельнулось, но тут же сгорело в огне ненависти.
– Я пожертвовал бы всем на свете, – сказал Демандред, глядя ей в глаза, – отказался бы от чего угодно ради шанса убить Льюса Тэрина.
– Ты обещал, что попытаешься, – произнесла Шендла. – И этого достаточно. Уничтожив его, ты уничтожишь один мир и сохранишь другой. Я последую за тобой. Как и все мы.
Она как будто намекала, что Демандред, победив Льюса Тэрина, вновь обретет возможность не принадлежать никому, кроме себя.
В этом он сомневался. Власть интересовала его лишь как средство, которое можно использовать против древнего врага. Верные и преданные шарцы служили ему очередным инструментом, но в самой глубине души укоренилось нечто, желавшее, чтобы все изменилось. Нечто, чего раньше не было. Определенно.
Воздух перед ним изогнулся и покоробился, хотя плетений Демандред не увидел. Так разрывалась сама ткань Узора, когда кто-то Перемещался с помощью Истинной Силы. Прибыл М’Хаэль.
Демандред обернулся. Шендла отпустила его руку, но в сторону отходить не стала. М’Хаэлю предоставили доступ к сущности Великого повелителя. Это не вызывало у Демандреда зависти, ведь М’Хаэль – всего лишь очередной инструмент, но не призадуматься тут нельзя. Что, теперь эту привилегию раздают всем подряд?
– Бой у развалин ты проиграешь, Демандред, – надменно улыбнулся М’Хаэль. – Троллоков там разобьют. Ты превосходил противника числом, причем кардинально, и все же он выигрывает! Я-то думал, ты наш величайший полководец. Как вышло, что этот сброд теснит наши ряды? Я разочарован.
Демандред небрежно поднял два пальца.
М’Хаэль вздрогнул, когда две дюжины владеющих Силой обрушили на него щиты, отсекая от Источника, опутали тесьмами Воздуха и оттащили назад. Он пробовал отбиваться, ведь его по-прежнему окружала деформирующая пространство аура энергии Темного, но Демандред оказался быстрее. Из пылающих нитей Духа он сотворил щит Истинной Силы.
Плетение задрожало в воздухе. Каждую нить усеивали гибкие энергетические шипы, такие мелкие, что их кончики сужались до исчезающе малых размеров. Истинная Сила – изменчивая, непостоянная – опасная штука. У сплетенного из нее щита имеется необычная особенность: он пьет энергию тех, кто пробует воспользоваться квинтэссенцией Темного.
Созданный Демандредом щит похитил мощь М’Хаэля, используя его в качестве своеобразного канала. Демандред, вобрав Истинную Силу, сплел над ладонью потрескивающий шар чистой энергии. Его видел только М’Хаэль, и этот гордец широко раскрыл глаза, чувствуя, как Демандред осушает его досуха.
Все это чем-то напоминало круг. Теряя энергию, М’Хаэль, висевший в воздухе на плетениях Айяд, дрожал и обливался потом. Будь этот поток бесконтрольным, он мог бы выжечь М’Хаэля изнутри и освежевать его душу напором Истинной Силы, точно вышедшей из берегов полноводной реки. Нити в руках Демандреда извивались, потрескивали и пульсировали, искажая воздух и начиная расплетать сам Узор.
Земля у его ног покрылась паутиной крошечных трещин, ведущих в небытие.
Он приблизился к М’Хаэлю. Тот уже бился в конвульсиях, и на губах у него пузырилась пена.
– Ты прислушаешься к моим словам, М’Хаэль, – тихо начал Демандред. – Я не похож на других Избранных. Меня ничуть не интересуют ваши политические игрища. Мне нет дела, кому из вас благоволит Великий повелитель. Плевать, кого из вас поглаживает по голове Моридин. Мне нужен только Льюс Тэрин. Это моя битва. Ты принадлежишь мне. Я привел тебя к Тени, и я могу уничтожить тебя. Если помешаешь мне закончить здесь начатое, я задую тебя, как свечу. Понимаю, ты считаешь себя сильным – с украденными тобой Повелителями ужаса и теми недоучками, которые способны направлять Силу. Но на самом деле ты – дитя. Младенец. Бери своих людей, твори любой хаос, делай что хочешь, но не стой у меня на пути. И держись подальше от моей добычи. Вражеского полководца уничтожу я, и только я.
Хотя М’Хаэля била дрожь, его глаза полнились не страхом, а ненавистью. Да, этот человек всегда казался Демандреду многообещающим.
